— Не говори ерунды, Хейли.
— Эй! — окликнул Стайлс. — Рыжая, развлеки Джен как следует. А то она постоянно не в духе.
— Может, это потому, что тебе нужно ее развлечь, идиот? — развела руками Хейли, идя спиной вперед. — Вообще не соображаешь, что ли?
Я лишь передернула плечами, качая головой, и свернула за угол здания. Меня тошнило от Гарри Стайлса, который таскается по «своим девочкам». Не тот Гарри сидел на моей кухне. Не тот Гарри выглядел потерянным после случившегося в душе спортзала. Этот Стайлс чужой мне. Я не хочу такого, как он.
«Ты ревнуешь». Ну и что? Ты тоже. Окей, мы оба это признали, чудно. Я рада. Все равно это ничего не меняет. Тебе нравится делать из меня посмешище. Но я на это не подписывалась.
***
Melanie Martinez-Training Wheels
Снова снег. Красивые крупные хлопья кружили за окном такси, в котором мы с Хейли мчались в Челси. Я дышала на стекло и рисовала на нем звездочки, потом сердечки и снова звездочки. Яркие огни города рассеивали опустившуюся на город тьму. Я внутри замирала от этой красоты. Но еще больше от того, что мы ехали по мосту. Вот то самое место, откуда меня вытащил Гарри. Он спасал меня, а я орала на него. Я ни разу не проявила своего уважения. Хотя бы даже за то, что он вытащил меня. Я всегда отталкиваю его. Мне понятно, что это обида из-за всех его выходок. То веревки, то пистолет. Что еще? Я вижу в Стайлсе человеческое, но это так глубоко зарыто, что становится страшно. Каждый раз, когда он спасает, после тут же словно выписывает пощечину, чтобы я очнулась, не утопала в его глазах. Чтобы взяла себя в руки и перестала смотреть на него, как на самого неординарного из мужчин, самого уникального. Он всегда делает это — сжигает меня заживо, а после сам же дует на мои раны, криво ухмыляясь, вгоняя в ступор этими ямочками, добротой, что скрывается в его взгляде. Но вскоре это проходит, и Гарри надевает привычную маску циника и неуравновешенного человека. Говорит, что не причиняет боли женщине, тут же держит меня на прицеле, приказывая сесть в его машину. Останавливается, когда я прошу прервать ласки, и снова готов применить силу. После всего этого Стайлс просто получает свое. Он правда получил то, что хотел. И вот он вопрос дня: чего хотела я?
Я. Не. Знаю. Думаю, так будет честно. Ведь я правда не знаю…
— До встречи в универе, крошка, — попрощалась Хейли, когда мы вышли из такси у дома моей матери. — Не скучай, милая, Гарри — псих, но он однозначно запал.
— Это меня и пугает. Ты что, не понимаешь? — прищурилась я, разводя руками. — Стайлс готов меня убить из-за любой мелочи и это ни разу не романтично, боже, да это кошмар. То есть если я искренне захочу, чтобы он оставил меня в покое, он не оставит, ты понимаешь?
Стоун покачала головой.
— Ты такая же. Видела бы себя, когда ты дралась с ним. Готова была его убить, но стоило заметить капельку крови на его лице, как тут же: «О, прости, милый, о…». Как это называется? — выгнула бровь подруга.
Я скрестила руки на груди, кивая:
— Да, я извинилась перед ним. Что плохого в вежливости? И знаешь что, проваливай домой.
— Ауч. Грубиянка. Только не умри от обиды, — это насмешливо прилетело мне в спину, когда я почти скрылась за дверью дома матери.
Вот же дурочка.
Между прочим, мне всегда казалось, что чувство ревности ко мне просто не применимо. Мне вообще некого было ревновать. А что же теперь? Стайлс пробудил во мне «зеленоглазого демона»?
— Ма-а-ам! — позвала я, отперев дверь ее квартиры своим ключом. Тишина. Наверное, спит. — Мамуль, я пришла.
На кухне ее не оказалось, и я прошла дальше в спальню.
— Мама, — шепнула я, привалившись к двери и улыбнувшись. Мои глаза повлажнели. Мама выглядела такой милой. Она раскраснелась во сне и громко сопела.
Я постояла так еще немного и пошла на кухню, собираясь выпить чаю. Но после передумала и тихо покинула квартиру, решив, что позвоню ей вечером.
Однако выйдя из дома и уже свернув к аллее, я трижды пожалела, что не осталась.
За мной шел какой-то высокий парень в черной толстовке. Капюшон был надет на его голову, а руки спрятаны в карманы. Сейчас что-то произойдет…
Он был тороплив. Я буквально бежала. Парень рысцой обогнул скамью, мимо которой пронеслась я уже на всех парах, после перепрыгнула через невысокое ограждение, за которым была парковка, и выбежала к своему дому.
— Да кто ты, черт тебя возьми? — прокричала я с колотящимся в области горла сердцем, когда резко обернулась.
Парень, метнув на меня взгляд, выражения которого я не разобрала, зато лицо четко разглядела, промчался мимо, свернул за угол, и я осталась одна. Как идиотка таращилась туда, где исчез парень, и пыталась разобраться, в какой момент у меня началась паранойя.
Облизав пересохшие губы, я быстро нащупала в сумке ключи и пошла домой.
Странное неприятное чувство осаждало мое сердце.
Я действительно испугалась этого парня. А он оказался просто спортсменом. Это ненормально с моей стороны.
***
Gavin Mikhail - Grenade (cover Bruno Mars)
Я признала давно, что он дорог мне. Но то, что я сделала в ответ на его честность, выворачивает меня наизнанку.
Я уже около сорока минут дымлю этой поганой электронной сигаретой, расхаживая по коридору, а за дверями меня ждут телекамеры, множество любопытных глаз.
Я должна соглать им всем и сказать, что Стайлс был животным, извергом, что пинал меня ногами.
Но… черт… он не был таким. Я никогда не скажу им этого. Я ничего им не скажу. Пусть смотрят на меня осуждающе.
«Помешанная на маньяке», «стокгольмский синдром», «жертва» и прочие термины, которые нельзя применить к нашим отношениям. Он был другим. Гарри Стайлс другой. Он не среди них. Он вообще словно не в том месте, не в то время. Столько боли и нежности в одном флаконе, что невольно понимаешь: это тот, кто должен быть рядом. Должен. Но его нет. Потому что ты причастна ко всему, а теперь мечешься из стороны в сторону, давишься дымом, размазываешь по стенам свое безволие и слабость. Кто сильнее? Он или ты? Он, без сомнений. Только он.
«Держись, Дженни»…
«Не сдавайся, Дженни»…
«Ты молодец, Дженни»…
«Так его, Дженни»…
Мать вашу, заткнитесь! Заткнитесь сейчас же! Я не хочу держаться! Я не хочу не сдаваться!
Я хочу провалиться и утонуть.
Я хочу утонуть в нем. Как прежде.
Пожалуйста, отмотайте назад. Я смогу поверить ему, ведь он впервые в жизни молчал. Он хотел видеть меня. Я дала ему шанс оправдаться, а он не воспользовался.
Пусть лучше бы предал, променял на другую, но только чтобы жил, жил где-то далеко. Быть может, на другом континенте. Но жил. Дышал со мной одним воздухом. Смеялся, плакал, да, он это умел…
Только бы не исчезал навсегда.
Но он исчез.
Навсегда.
Комментарий к Глава 27. “Этот Стайлс чужой мне”
Тот случай, когда кавер нравится больше оригинала. И так у меня частенько)
https://www.youtube.com/watch?v=8icVjtf1pi8
https://www.youtube.com/watch?v=all88iTgJuo
https://media.giphy.com/media/14jSVaPcx955O8/giphy.gif
https://peopletalk.ru/wp-content/uploads/2016/09/GettyImages-459594700.jpg
========== Глава 28. “Останешься со мной?” ==========
Милая, знаешь, я хочу твоей любви,
Она была вручную сделана для кого-то, как я,
Давай же, следуй за мной.
Я могу казаться немного безбашенным, надеюсь, ты не против»… ©
POV Harry
Шесть лет назад
Она соберется или нет?
Я нетерпеливо расхаживал по холлу дома, когда Джемма бегала наверху по своей комнате, торопясь и выкрикивая: «Банни, я сейчас! Я скоро! Прости, Банни!».
Я давно привык к этому «милому и пушистому» прозвищу. Она всегда зовет меня так, когда хочет извиниться.
Я устало закатил глаза, услышав очередное «я сейчас», раздул щеки и шумно выдохнул, спиной падая на диван в гостиной. Я больше не мог мерить шагами холл. Я устал ждать сестру.
Она неделю назад прикатила на студенческие каникулы, собственно, как и я, но меня жутко раздражал тот факт, что я должен летать из страны в страну, чтобы доучиться. А вот Джемма жила с матерью в Манчестере, в нашем старом доме, который отец мечтал продать, училась в Лондоне и у нее не было проблем с семьей. Я разрывался между бизнесом отца и учебой. Но накануне приезда Джеммы отец объявил, что мы все окончательно переезжаем в Бостон. Вернее, в Челси. Я выдохнул с облегчением, потому что в Америке у меня уже были друзья, работа, подружки. Здесь я ничего не имел.