Я резко обернулась к нему, столкнувшись с его серьезным взглядом, когда он стоял у стены, скрестив руки на груди.
— Не нужно. Ты ведь понимаешь, что мне это ни к чему.
— Понимаю, — вздохнул Стайлс, отойдя от стены и двинувшись ко мне. Он встал у перил, уперся в них обеими руками и посмотрел куда-то вдаль. Только сейчас заметила, что он немного состриг волосы. Так гораздо лучше. Он стал выглядеть более ухоженным. — Просто я хочу знать, что ты… — принялся медленно выговаривать слова Стайлс, будто боялся сказать лишнее, — я хочу поверить, что ты действительно лучше, чем я думал.
Ничего более странного я не слышала, и пока размышляла над его словами, такими необычными для него, Гарри немного подвинулся, повернувшись ко мне, и спросил:
— Останешься со мной?
Что. Это. Значит?
Какой смысл в этих словах? В них вообще сколько вариантов? Один? Или это воспринимать, как нечто большее?
Нет, я сомневаюсь в этом. Очень сомневаюсь.
— Ну… — отвернулась я, не имея сил смотреть ему в глаза, смотреть, как ветер треплет его кудри, чувствовать окутывающий меня запах. — А как же учеба? Работа…
Левая рука Гарри осторожно опустилась на перила рядом с моей ладонью, и его пальцы коснулись моих костяшек. Я таращилась на татуировку в виде маленького крестика, и вопрос невпопад сам сорвался с губ:
— Ты веришь, что это защищает тебя?
Гарри смотрел на меня, я знаю, это нельзя было не почувствовать.
— Меня защищает, — спокойно ответил он, — все то, во что я верю. Остальное — пустяки.
Я согласно кивнула и взглянула на него. Странно, но выражение лица Стайлса оказалось мрачноватым. Это было неожиданно, если учесть, каким мягким тоном он говорил, и я поняла, что сейчас он испортит момент.
— Ты хочешь быть здесь? — требовательно выдал Гарри.
Я чуть не закатила глаза, но, подумав, кивнула.
— Да… наверное…
— Да или наверное?
Сложно. С ним очень сложно. Он слишком много думает.
— Я останусь. Да, Гарри, — окинула я взглядом участок внизу, — но пусть это будет твоим домом. Мне не нужно.
И он больше ничего не сказал. Спокойно встал позади меня, вплотную, и его руки обвили мои плечи, на что мы оба изумленно замерли.
— Прости… — пробормотал парень, коротко целуя меня в макушку, — я никогда не страдал подобными вещами.
— Я понимаю…
В моих мыслях невольно всплыл Зейн.
Нет-нет, только вот не надо сравнений.
Сегодня Гарри сама нежность и романтичность, а завтра скует меня наручниками. Это уж точно.
Но лучше пусть таким и остается, потому что в этом случае я буду знать и видеть все, что он чувствует, чем когда твой парень, встречаясь с тобой, создает загадочный образ, на деле проводя ночи с другой.
Порой неведенье действительно безопаснее.
Комментарий к Глава 28. “Останешься со мной?”
Спасибо всем, кто читает, и тем, кто удаляет свои лайки, тоже спасибо, надеюсь вам полегчало от этого:)
P.S. осталось 8 глав до конца.
https://youtu.be/BaOFQexNEhc
https://www.youtube.com/watch?v=B4Dn-SXr7sY
https://data.whicdn.com/images/295540435/original.gif
https://media.giphy.com/media/3oEjHHualaIT8VDaMw/giphy.gif
========== Глава 29. “Пусть “зеленые феи” кружат в танце” ==========
Пойди и отдай все, что есть.
О, проживая жизнь одновременно,
Нам нужно делать это медленнее —
Пойти и отдать за это все, что есть… ©
Можно ли сказать, что человек действительно способен измениться? Разве? Что если он просто научился на какое-то время подавлять свои отрицательные черты? А если все же не научился?
Кто передо мной сейчас? Гарри Стайлс, который бизнесмен и бандит или же это молодой мужчина со зрелым умом, который умеет решать проблемы? Я не знала наверняка, к какому варианту отнести этого Гарри, но именно он целовал меня так, как если бы я что-то значила для него.
Разве мог бы агрессивный человек с оружием за поясом зажечь свечи и вместе со мной принимать ванну с душистой пеной? Но именно так и происходило. Мы вместе сидели в полумраке просторной ванной комнаты друг напротив друга. Это было что-то очень важное, что-то невероятно особенное. Мы смотрели друг другу в глаза.
Гарри мягким движением руки откинул свои влажные волосы назад, провел ладонью по губам и улыбнулся. Я улыбнулась в ответ.
— Как настроение? — тихо спросил он. — Хочешь выпить?
Я согласно кивнула. Честно признаться, я очень хотела выпить. Между нами ничего не было. Гарри не прикасался ко мне, но то, что мы сейчас находились в одной ванне, само по себе было более интимно, чем прямой контакт.
Он встал, всколыхнув воду, а я поспешила отвести глаза в сторону, не имея сил видеть его стройное и обнаженное тело. Совершенно не смутившись, Стайлс прошлепал в комнату, запустив в нагретую ванную прохладного воздуха из спальни, и вскоре вернулся с бутылкой шампанского и двумя бокалами. Я взглянула ему в лицо, которое за счет мокрых волос теперь выделялось более резкими чертами: линии скул, твердый подбородок, красивые большие глаза, прямой нос и темные строгие брови. А еще губы, которые на фоне общей суровости выглядели мягкими и очень выразительными.
С сияющим игривым выражением глаз Гарри протянул мне один бокал, наполненный так, что шампанское полилось по пальцам Стайлса, и я невольно приковала к ним взгляд. Он поймал этот момент и улыбнулся, а после спокойно слизал напиток с костяшек. Я сглотнула от напряжения. Опустила глаза, отпивая игристого вина. Пузырьки ударили в нос и наполнили рот, шипя и приятно пощипывая язык.
Но Стайлс тут же перехватил бокал, не дав мне продолжить наслаждаться напитком, как вдруг спросил, всматриваясь в самую глубину моего взгляда:
— Давай кое-что другое, — он, едва сдерживая улыбку, прикусил нижнюю губу, подумал немного, сам себе кивнул и, вновь поднимаясь, добавил:
— Я сейчас.
Он унес шампанское, не возвращался минут десять, а затем хлопнула дверь, я дернулась, вскинула на него глаза… Ох, боже, какая у него фигура…
Гарри забрался в ванну, поставил рядом на широкий бортик бутылку с изумрудно-зеленой жидкостью, две небольшие рюмки на ножках, сахарницу с рафинадом и плоскую ложку.
— О да, у тебя тоже стеклянная сахарница, — хохотнула я, посмотрев на Стайлса, и тот, широко улыбнувшись, ответил:
— Я купил ее, потому что твою разбил. Это как бы компенсация.
— О… это… мило… — растерянно пролепетала я, пряча за уха выбившуюся из пучка прядь волос.
Гарри что-то вытворял с бутылкой и кубиками сахара, а после я поняла…
— Абсент? — выдавила я, уже боясь, что стану вести себя слишком некрасиво, если переборщу со всеми этими «угощениями». Я знала, что несет в себе этот напиток. Это реальный галлюциноген. Мне стало не по себе.
— Именно. Его называют «Зеленая фея», ну, или «Зеленая ведьма». Я склоняюсь ко второму варианту, — хмыкнул Гарри.
Я напряглась. Честно. Это слишком для меня.
— Не бойся, — поймал мой растерянный взгляд Гарри, положив кубик рафинада на ложку и поливая его напитком, — я не дам тебе много. Это опасно… — он чиркнул зажигалкой, сахар вспыхнул. — Завтра не сможешь оторвать голову от подушки. Так что… — он резко дунул на огонь, потушив его, осторожно поднес кубик к моим губам и добавил с мягкой улыбкой, — просто для эффекта. Съешь его и запей небольшим глотком абсента.
Я нерешительно приняла из его рук «опасное» угощенье и, прикрыв глаза от странного вкуса, тут же проглотила немного напитка из предложенной мне рюмки.
Да, я знала, что такое абсент, но никогда его не пробовала. И это нечто совершенно за гранью…
Этот напиток точно на любителя. Он оставляет на языке горький оттенок полыни, но следом за ним расползается ментоловое послевкусие, а крепость абсента совсем не на руку девушке, сидящей в ванне с мужчиной.
Я буквально ощутила, как алкоголь жаром растекается по венам, смешивается с кровью, делает удары сердца тяжелее, после чего поднимается к голове, и вот уже мои глаза смотрят в такую сейчас изумрудную зелень глаз напротив в томном ожидании.