Но Козимо не спешил добиваться возвращения для себя лично.
— Но почему, мессир Медичи, я могу содействовать вашему возвращению более решительно, — заверял дож Венеции Франческо Фоскари.
Впрочем, он не слишком старался, ведь Медичи тратили немалые средства в Венеции, где сначала жил Лоренцо со своей семьей, а потом по разрешению Синьории Флоренции сюда перебрался и Козимо с сыновьями. А еще Козимо вкладывал деньги в благоустройство, например, монастыря, на территории которого поселился. На третий день, обнаружив, что в монастыре очень плохие условия для хранения библиотеки, он вызвал Микелоццо и поручил срочно сделать проект здания для библиотеки и заняться его постройкой.
В казну Венеции начали поступать налоги от семьи Медичи…
Похожая картина была и в других местах. Козимо успокоил семейство, что сам заплатит за всех залоговые суммы, и попросил, чтобы не жалели денег на тех, кто их приютил. А суммы залогов были огромными. С Козимо, например, потребовали 20 000 флоринов, с Лоренцо и Аверардо — по 10 000, с сына Аверардо Джулиано — 5000.
Узнав о том, что члены клана Медичи всюду, где бы ни оказались в изгнании, щедро жертвуют на нужды городов, Ринальдо рвал и метал! Это означало, что вместо раздробленности и ослабления Медичи противники получили их усиление и расширение.
— Проклятый Козимо! Ему удалось сделать то, что не смог никто из Медичи раньше! Мы мечтали, что Медичи распадутся, а уничтожить их поодиночке будет легко, но Козимо удалось сплотить свою свору! Как с ними теперь бороться, если у них поддержка по всей Италии?
Это было тем более заметно, что в самой Флоренции дела шли день ото дня все хуже. Оказалось, что город без поступлений, а то и просто помощи всесильных банкиров прожить не может. С одной стороны, закрытие флорентийского отделения банка лишило возможности расчетов очень многих купцов и ремесленников, а также лишило кредитов тех, кто имел у Медичи счета. Козимо и здесь постарался, он написал всем своим флорентийским клиентам, извиняясь, что не может обслуживать их по месту открытия счета, приглашал сделать это в Венеции, поскольку документы флорентийского отделения там, и даже предлагал за свой счет оплатить проезд. Расчеты через флорентийские конторы других банков он отвергал, чтобы «не навредить им сотрудничеством с изгнанником». Тем, кто решил закрыть счета, также предлагалось за счет Медичи приехать в Венецию и сделать это там.
В Венецию потянулась цепочка весьма состоятельных людей, якобы для решения этих вопросов. Альбицци прекрасно понимал, что это лишь повод для встречи с Козимо и обсуждения совсем иных дел. Он попытался заслать среди таких клиентов и своих людей, но Козимо снова не дал ни малейшей зацепки для обвинений.
Он просто ждал, понимая, что все сделают деньги, вернее, их отсутствие у Флоренции. Освободившись всего за тысячу флоринов и заплатив огромные залоговые суммы за всех родственников, Козимо был готов потратить куда больше на уничтожение своих противников, но выжидал время, когда эти деньги можно будет вложить с толком.
Альбицци и их сторонники во Флоренции очень скоро столкнулись с такой нехваткой средств, что оказались вынуждены снова поднять налоги. Кому и когда нравилось такое? Но казна была пуста, город с изгнанием Медичи понес огромные убытки и продолжал их нести, причем вины в этом самих Медичи не было, они послушно пребывали в изгнании и по приказу Козимо всячески демонстрировали свое послушание воле Синьории Флоренции и лояльность к местным властям.
Козимо победил не только благодаря своему золоту, но в не меньшей степени из-за хитрости и дипломатии. Никто из врагов не верил в показную покорность Медичи, никого не мог обмануть смиренный вид этого невысокого просто одетого богача. Внешне Козимо Медичи — сама покорность воле Флоренции и обстоятельствам, а что на уме у мессира Медичи?..
В бессильной ярости Альбицци начали вторую волну изгнаний. Вернувшийся во Флоренцию Кафареччи был немедленно сослан, хотя до этого последовал за мэтром добровольно, как и Микелоццо, и многие другие.
Иногда казалось, что Козимо не переживает из-за своего изгнания. Вернее, в присутствии чужих он всячески изображал почти скорбь, но перед Лоренцо играть не нужно. Младший брат видел, что старший готовится к возвращению.
Он лучше многих знал истинное положение дел во Флоренции и прекрасно видел ошибки, допущенные Альбицци. Эти ошибки, а также нехватка средств, которых с отъездом Медичи стало еще меньше, быстро приведут Ринальдо и его сторонников к крушению. Главное пока — не дать повод для нового осуждения и подготовиться к возвращению. Козимо не торопил события, ведь чем сильнее увязнет в неприятностях его противник, чем больше Флоренция почувствует, каково это — ссориться с Медичи, тем легче будет взять ее под свою власть.