— Очень хочется. Люблю точки над «i».
— Пожалуйста. Самое большое поощрение за два года службы под вашим началом — «снять ранее наложенное взыскание».
Оба замолчали. Курили. Канцелярия сразу наполнилась дымом, он, как из трубы, повалил в открытое окно, в темноту. Давно наступил вечер, за разговором Суров не удосужился зажечь свет.
— Будем сидеть в потемках? — спросил Голов.
Суров повернул выключатель, закрыл окно. В стекла стали биться ночные мотыльки.
Весь разговор с самого начала был Сурову неприятен — начальник отряда явно был сегодня несправедлив, излишне придирчив, чем до этого не отличался Голов и слыл справедливым, хотя и требовательным начальником, конечно, не без изъянов, как всякий смертный.
Кто знает, что почувствовал Голов, может, сам заметил, что перешагнул черту дозволенного, когда сознание служебного превосходства притупляет чувство самоконтроля. Он пригасил папиросу и сразу же раскурил новую, чего никогда не позволял себе.
— Садись, Юрий Васильевич, — сказал, расхаживая по канцелярии. — «Снять ранее наложенное взыскание». Здорово подметил! А я прозевал. — Он невесело рассмеялся: — Не в бровь, а в глаз. — Сел на стул, заложил ногу за ногу, играя начищенным носком ботинка. — Насколько мне помнится, Юрий Васильевич, в академию собирались?
— Собираюсь, — уточнил Суров. — Рапорт подал весной.
— Помню ваш рапорт, его отослали в округ. Штаб у меня четко работает. А вот что из округа ответили, запамятовал. Проявление раннего склероза. Короткий смешок приподнял рыжие усики. — Сколько вам лет, Суров?
У Голова была отличная память, Суров это знал и в обращенном к себе вопросе усмотрел скрытый подвох.
— Двадцать девять.
— Стало быть, еще немного. Это я так, между прочим. И между прочим, хочу предостеречь от излишней филантропии. Распустили вы старшину. А он людей. Кто он, этот Холод? Пастух бычий. И солдат раскормил, скоро ходить разучатся.
— Старшина на своем месте.
— Что? — Голов привстал.
— К старшине у меня нет претензий. Я им доволен.
— А я нет! — отчеканил Голов, поднявшись и подойдя к столу. — Мне не нравится ваша манера разговора со старшим начальником.
Он подошел к прикрепленной на стене схеме участка границы, отдернув шторку, принялся внимательно разглядывать ее правую часть.
Суров был убежден, что мыслями подполковник далек от схемы, от топографических и условных знаков на ней, — просто делает над собой усилие, чтобы несколько успокоиться.
От схемы Голов возвратился к столу, достал из портфеля блокнот, полистал до чистой странички и стал записывать что-то ровным бисерным почерком.
— Так вот, капитан. — Он поднялся, кончив записывать. — Возьмите бумагу и карандаш… Пишите. Первое: на старшину представить характеристику на увольнение… Причину сами сформулируйте… Вам нужен расторопный старшина, огонь, чтобы с полуслова. С Колосковым поговорите. Чем не старшина? Отличный командир. Я правильно говорю?
— Хороший.
— Так в чем дело? Спросите. Даст согласие, присылайте подписку, и мы его немедленно на сверхсрочную. Армия — сложный механизм, дорогой капитан. Деталь сработалась, меняй решительно. Новую ставь, неизношенную. Твой старшина для строевой работы не гож, выдохся. Тут никакая трансплантация не поможет. Сочиняйте характеристику, и дадим ей ход. Ну, что вы молчите?
Суров понимал, что в словах Голова значительно больше здравого смысла, нежели жестокости, которую он усмотрел в распоряжении. При всем этом в мыслях не укладывалось, как можно человеку, отдавшему армии молодость, здоровье — всего себя, отказать в небольшом — сравнять какую-то важную для него одного круглую дату?
Он ответил, не уклоняясь от пронизывающего взгляда подполковника, устремленного на него поверх очков и как бы изучающего:
— На старшину Холода я могу представить только отличную характеристику. Такую он заслужил.
Брови у Сурова сошлись в одну линию.
— Ах, Суров, Суров. — Голов укоризненно, как бы журя, покачал головой с ежиком рыжих волос. — Эмоции. Прекраснодушие. Слезой прошибает. — Он решительно махнул рукой, как отрубил: — После инспекторской решу с Холодом. Записывайте. Второе: особо отличившихся на строительстве дозорной дороги представить к поощрению моими правами — независимо от результатов инспекторской. Это само собой. Записал? Моему заместителю по тылу выслать заявку на потребные материалы для окончания ремонта заставы и овощехранилища. На носу осень, а старшина мух ловит. Записал?
— Старшина как черный вол вкалывает, — бросил Суров, записывая. Разрешите вопрос?