- Я тебя понял, - рыжий подал мне руку, я пожал. – Господа везде одинаковые, только у каждого свои прихоти. Ешьте, как хотите.
– Тебя как зовут? – спросил я у него. – Ты чей?
- Рыжий меня зовут. Имени нет. Может и было, но я его не помню. Рыжий и Рыжий, я привык. Так что не стесняйся. А принадлежу я сейчас господину Нейтину. Да-да, чего уставился? Именно ему. И я очень благодарен госпоже Альцкейн за сегодняшнее представление. Хорошо меня рядом не оказалось, а то сорвал бы злость на мне. Уж он то исцелять не станет. Рыжий оглушительно захохотал. Я тоже не удержался.
– Дэн,- ответил я,- а это – Вил.
– Где-то я его видел раньше, только где не припомню. - Рыжий задумался.
– Не суть,- отмахнулся я, наблюдая, как напрягся Вильям. Кто знает где они встречались? Вряд ли эта встреча была приятной для Рыжего. Может он и вспомнил бы наконец, но я распорядился – Вил, госпожа уже долго ждет, как бы нам не попало, идем.
– Спасибо, что увел меня оттуда, - поблагодарил Вил, как только мы отошли - Госпожа не просто так нас отправила. Я должен кое-кого тебе показать. Видишь господина в сиреневом? Это бытовой маг. Имени не называлось, но оно и не к чему. Это следующая жертва. У нас два месяца, чтобы его добыть живым. За это время надо узнать где он бывает, когда его можно умыкнуть. Да и учти, он в крайне хороших отношениях с Верховным. Это его шурин. Поэтому у него должны быть защитные амулеты. В общем не так это просто, как кажется. Что скажешь?
- А что сказать? Надо выяснить где амулеты. Иначе нам кранты. Но как?
- Сам не придумаю. Может Ник подскажет? Ты его главное запомни.
Я уже открыл рот, чтобы ответить, как за спиной раздалось:
- О-о, какие люди! Вильям, ты ли это?
Вил замер, а я обернулся на голос. Перед нами стоял молодой мужчина, улыбаясь во весь рот. Плохо скрытая насмешка сквозила в каждом слове.
– И где же тот надменный мерзавец, которого я знал? Как низко ты пал, мой дорогой друг! Но все такой же надменный. Ты должен встать на колени, когда к тебе обращается господин.
Вил вспыхнул.
– Ничего я тебе не должен! Ты мне не господин!
- Ошибаешься!
- Не ошибается! – прозвучал резкий голос. Я бы узнал его из тысяч других. Госпожа. – МОЙ раб, ни перед кем не должен стоять на коленях! Только передо мной. Что Вам нужно, уважаемый?
- Извините, леди Альцкейн, я просто хотел наказать вашего раба за неуважение, ничего больше.
– А с чего бы ему Вас уважать? Он – личный раб Зельды Альцкейн! А Вы кто? Не помню вашего имени, голубчик… Чей-то бедный родственник?
Мужчина залился краской. Ответить грубо он не решился, но прекрасно понял, что его специально оскорбляют. Тем более, что вокруг стали кружить любопытные. Он хотел что-то ответить, но госпожа перебила:
- И на будущее, имейте в виду, что никто не смеет приказывать рабам Зельды Альцкейн! Только сама Зельда Альцкейн! И Ваше счастье, что я подошла раньше, чем Вы попробовали его наказать. За последствия я не отвечаю.
- Так что можете меня поблагодарить. Я Вас спасла от большого унижения.
Она склонила на бок голову и выжидательно уставилась на этого нахала.
– Благодарю Вас, леди Альцкейн, Вы очень добры ко мне. – выдавил он из себя, склоняя голову в легком поклоне. – Позвольте мне удалиться.
– Да, пожалуй. Ваше общество мне не интересно. – И прошипела нам с Вилом – Что стоим? Будете каждого идиота выслушивать? Поели? Ну так на место, за моей спиной!
Приказ как он есть. Все-таки огребем. Скорее всего дома, но огребем.
глава 21
ГЛАВА 21
НИК.
С приема мы вернулись поздно. И хоть я и устал, чувствовал себя великолепно. Слова моей госпожи приятно грели душу. Она вступилась за Вила, но ее слова были не только о нем. Я ведь тоже ее личный раб. Я тоже ни перед кем больше не буду опускаться на колени. Только перед ней, моей госпожой. Больше никто не посмеет мне приказывать, никто не ударит. И так будет всегда, пока я нужен моей госпоже. Пока она не продаст меня, или не убьет. Я бы предпочел второе. Вернуться к прежней жизни заурядного раба, для меня уже невыносимо. Да, я по-прежнему раб, и моя жизнь во власти той, которой я принадлежу. Но как же сладко ей принадлежать! Понимать, что только она может наказать меня, только ей я должен повиноваться. И никому другому это не позволено. Я неприкосновенный!
Чем я привлек внимание госпожи я понять не мог. Мне не раз говорили, что я хорош собой, и тело у меня красивое, но этого мало. Красивых рабов довольно много, а госпожа может позволить себе любого. Так почему я? Правильно говорит Дэн, я слишком много думаю. А думать надо о другом. Как добыть мага? Можно спросить у госпожи, все-таки в магах она лучше разбирается. Но сначала надо все разузнать, чтобы идти к госпоже не с пустыми руками. Как с ним справиться мы не знаем, но выследить-то можем?