Вечером госпожа протянула мне тонкое латунное колечко.
– Как и обещала.
Я надела кольцо на палец и подошла к зеркалу. На меня смотрела незнакомка. Серебристые, непонятного цвета волосы и непривычный, раскосый разрез светло-карих, вместо привычных голубых, глаз, сделали меня неузнаваемой. Немного изменился овал лица, что я заметила не сразу, чуть-чуть поплыли очертания губ… Я не узнала себя. Пожалуй, незнакомка нравилась мне больше, чем прежняя Майра.
– Госпожа, но… Пет ведь видел меня настоящую…
- Пусть тебя это не волнует. Пет продан. А остальные видели тебя только в капюшоне, и то мельком. Что там можно было толком рассмотреть?
Одежда, предназначенная для меня, как и ожидалось, носила сдержанно деловой характер. Хоть и не уродливые, но довольно строгие платья, недорогие, но качественные. Переодеться пришлось тут же.
– Теперь можешь передвигаться по дому свободно. Сильно много не болтай. Статус рабыни озвучивать не надо. Ты – мой библиотекарь. Остальное можешь придумать сама. Мне это не важно.
– Я поняла, госпожа. Но… библиотекари не встают на колени… и как мне к Вам обращаться, когда мы не одни?
- Ну так не вставай, - отмахнулась она. – А обращаться… Госпожа, она везде госпожа, хоть наедине, хоть на людях.
– Да, госпожа. И… спасибо.
Когда шла к себе, встретила Вильяма. Его вытянутое в изумлении лицо улучшило мне настроение.
глава 40
ГЛАВА 40
ЗЕЛЬДА
Мне нужна была жертва. Ночь с Дэном прибавила мне сил, но мне нужно было больше. Много больше. Нужно было почувствовать, как она наполняет меня, переливаясь через край. Это можно получить только одним путем. Уже давно только одним. Смерть. Это может подарить только чья-то смерть. Чей-то захлестывающий ужас, чья-то обреченность от невозможности избежать смерти от моих рук.
Любила ли я этот процесс? И да, и нет. Нет, потому что ничего приятного в нем не было. Долгая подготовка в начертании пентаграмм, расположении свеч, утомительном зачитывании заклинаний… Обезображенные тела, мало походившие на людей… Грязная, в кровавых потеках одежда… Труд. Это был труд.
Да, потому что это было приятно. Приятно настолько, что удовольствие в постели, даже близко не стояло. Этот огненный поток, который пульсировал по жилам, рождая ни с чем не сравнимое чувство удовлетворения и животной радости… Эта звериная мощь, которая разливалась по телу, отключая разум… Искаженное сознание, уносившее меня в серый мир… Понимание своего, по истине огромного, могущества… Ощущение власти, власти безграничной, сродни безумию, заставлявшей хохотать от переполнявшей меня силы…
Я хочу почувствовать это снова. Мне это нужно. Этого требует моя сущность. И если кому-то придется умереть… значит так тому и быть.
– Госпожа, мне опять плохо…
Ник появился очень кстати. Верховный снова предавался утехам, представляя моего белокурого красавчика. Я присосалась к его губам с жадностью давно голодавшего нищего. Ник прижал меня к себе, скользнув рукой по ягодицам и запуская ход моих мыслей в другом направлении. Опрокинув его на кровать, практически срывая с него одежду я, урча от удовольствия, выцеловывала его подтянутый живот. Его рваное дыхание подстегивало меня не хуже плетки, а вид вздыбленного достоинства переполнял желанием ощутить его внутри как можно скорее. Затягивать с этим мы не стали. Я с радостью поддалась его напору и охотно ответила тем же. Вцепившись в рельефное тело и не прекращая гонку за утоление страсти, до звезд в глазах.
– Ник, ты действительно хорош… - прошептала в экстазе и откинулась на подушки.
– Я рад, что вы так думаете, госпожа.
– Ой, давай без этих твоих сомнений, - я досадливо поморщилась и вздохнула, - такую песню испортил!
- Простите, моя госпожа, я…
- Заткнись.
Он действительно замолчал, не зная, что сказать. Но я ничего и не ждала.
– Завтра у меня должна быть жертва. А лучше две. И… будьте осторожны. Не дайте себя убить. Это приказ. Сохранить себя любой ценой. Любой. Ты понял? Даже если цена будет слишком высока.