Старик расшумелся, выругался, ударил кулаком по столу так, что загремело серебро, но в конце концов согласился. Ради невестки он бы и пальцем не пошевелил, но ради внучки – что ж, он готов. Вот так и получилось, что Манфред освободил лучшую комнату наверху, в которой обитаешь теперь ты, мой дорогой племянник, и переехал сюда, в заднюю половину дома. Но даже первые годы моей жизни – когда я была еще совсем маленькой и ничего не могла запомнить – он потихоньку приводил сюда женщин через заднюю дверь.
Смена комнат имела огромное значение для всех. Местный священник, отец Фларети, перестал захаживать к Манфреду из-за его нечестивого поведения, а к тому времени, когда мне исполнилось десять и старик подарил мне камеи, он превратился в жалкую слюнявую развалину, беснуясь в одиночестве и стуком своей клюки стараясь привлечь внимание каждого, кому случалось пройти мимо двери.
Моя мама стала официальной хозяйкой Блэквуд-Мэнор, потому что тетя Камилла была сломленным созданием и никогда бы не сумела занять это место.
Что касается сундука, то, наверное, я забыла о нем, и он превратился в один из многочисленных чердачных сундуков, в которых хранят старую одежду. Разумеется, я всегда собиралась подняться и исследовать чердак, но как только, бывало, подумаю, с каким беспорядком придется там столкнуться, так весь пыл проходит, да и у других его тоже не было.
Вот сейчас, Квинн, ты знаешь, что случилось с Ревеккой Станфорд, больше кого бы то ни было, даже больше меня. Ее призрак опасен для тебя, Квинн. И для всех, кто тебя окружает".
"Но я ничего не знаю, – ответил я. – Нашел цепи в том доме. Ржавые цепи. Но ведь на самом деле я не знаю, что с ней случилось!"
"Квинн, самое важное, чтобы ты больше не призывал этого призрака!"
"Да я и не думал звать. И не звал".
"Нет, звал, Квинн. Ты не только обнаружил ее вещи, ты захотел узнать ее историю".
"Если именно так я вызвал ее призрак, тетушка Куин, тогда почему она не появилась перед тобою много лет тому назад, когда тебе о ней рассказала Ора Ли? Почему она не возникла перед тобою, когда ты была маленькой девочкой и Манфред подарил тебе камеи?"
"Я не обладаю твоим даром видеть призраков, Квинн, – тут же парировала тетушка. – Я в жизни не встретила ни одного, зато ты – немало".
Я почувствовал в ее голосе неуверенность и, мне показалось, догадался, чем она была вызвана.
"Ты ведь видела Гоблина, правда, тетушка?" – спросил я.
Не успел я произнести эти слова, как Гоблин пристроился на ручке ее кресла и вперил в тетушку пристальный взгляд. Он казался абсолютно реальным. Меня потрясло, что он так близко к ней подобрался. Мне это очень не понравилось. А тетушка тем временем определенно смотрела на него.
"Отодвинься подальше, Гоблин!" – строго велел я.
Гоблин сразу послушался. Вид у него был печальный и недоуменный. Видимо, он так и не понял, чем меня рассердил. Он слез с подлокотника кресла, умоляюще взглянул на меня и тут же исчез.
"Что ты сейчас видел?" – спросила тетушка.
"То, что вижу всегда, – ответил я. – Своего двойника. На нем такие же джинсы, как у меня, чистые и выглаженные, и такая же, как на мне, спортивная рубашка с коротким рукавом, и выглядит он в точности как я".
Тетушка откинулась назад, медленно потягивая шампанское.
"А ты что видела, тетушка Куин?" – задал я ей тот же вопрос.
"Что-то вижу, Квинн, но не совсем то, что видишь ты. Вижу рябь в воздухе, словно движение или завихрение, как случается в разгар лета, если едешь на машине по раскаленной дороге. Я вижу это, а иногда возникает смутный человеческий образ, но каждый раз с тебя ростом. Он появляется не больше чем на мгновение. Да, все явление длится, наверное, не больше секунды. А потом остается чувство, будто рядом находится что-то невидимое".
Впервые в жизни я разозлился на тетушку Куин.
"Почему ты ни разу мне об этом не сказала! – возмутился я. – Как ты могла из года в год умалчивать, что видишь Гоблина, что знаешь..."
Расстроенный, я не мог продолжать.
"Но я вижу только это, – безмятежно сказала тетушка, словно я только что не возмущался с пеной у рта, – к тому же видение возникает не слишком часто. Лишь изредка, когда твой дух, как я подозреваю, хочет, чтобы я его увидела".
Я не только рассвирепел – настолько, что меня было впору связать, – но несказанно изумился. Изумление не покидало меня с тех пор, как мне явилась Ревекка и передо мной начало раскрываться одно откровение за другим. А теперь еще и это: оказывается, все эти годы тетушка Куин видела Гоблина.