И тут настал один из самых удивительных моментов моей жизни.
Я переводил взгляд с Нэша на тетушку Куин, когда вдруг заметил позади них, за соседним столиком, красивую рыжеволосую девушку, которая пристально меня рассматривала. Она так была похожа на отца Кевинина Мэйфейра, словно он превратился в собственную сестру неземной красоты.
У нее была такая же светлая кожа, такой же естественный румянец, такая же насыщенная рыжина, и, хотя ее бюст был достаточно велик, как у женщины, в волосы она вплела ленточки, как маленькая девочка.
Наши взгляды встретились, а потом она посмотрела на Гоблина. Она изучала Гоблина. Она его видела.
"Бестолковый Квинн, – бесстрастным ледяным голосом произнес он. – Она уже давно наблюдает за нами".
Ну конечно. Все это время он смотрел на нее, а не на Нэша или тетушку Куин; он уставился мимо них на эту девушку – единственную из всех людей, если не считать меня, кто был способен видеть Гоблина.
От потрясения я потерял дар речи. Подсознательно я чувствовал, что тетушка Куин обращается ко мне с вопросами и что Нэш высказал по какому-то поводу свое мнение. Но я ничего не понимал. И пока я глазел на нее, мужчина, сидевший рядом с этой поразительной юной особой, поднялся и направился к нашему столику. Подходя ближе, он смотрел прямо на меня.
Седовласый, достойного вида мужчина, одетый не очень официально – синий блейзер и слаксы, – он заговорил со мной очень оживленно.
"Прошу простить, что вмешиваюсь, – произнес он. – Меня зовут Стерлинг Оливер. Я состою в организации, которая называется Таламаска. Хочу вам представиться. Видите ли, мы изучаем паранормальные явления, и я не мог не обратить внимание на вашего приятеля".
"Вы хотите сказать, что тоже его видите?" – спросил я, хотя сразу понял, что он говорит правду. Гоблин встретился с ним взглядом, но промолчал.
"Да, я очень хорошо его вижу, – ответил мистер Оливер, вручая мне свою визитную карточку. – Мы – старый-старый орден, – продолжал он. – Существуем, наверное, не меньше тысячи лет. Мы изучаем привидения и тех, кто способен их видеть. Мы предлагаем помощь. Мы предлагаем информацию. Ваш друг произвел на меня огромное впечатление. Позвольте, я ему представлюсь".
"Гоблин, поговори с мистером Оливером", – сказал я.
Гоблин промолчал, не шелохнувшись.
Тут вмешалась тетушка Куин.
"Я обязана попросить вас прекратить все это, – сказала она с непривычной решительностью. – Видите ли, моему племяннику, несмотря на столь внушительный рост, всего лишь восемнадцать, и для начала вы должны обратиться ко мне, если хотите установить с ним какие-либо отношения. Лично я не одобряю тех, кто верит в паранормальные явления".
"Но тетушка Куин, – возмутился я. – Как ты можешь говорить такое! Я всю свою жизнь общаюсь с Гоблином! Прошу тебя, даже умоляю, позволь мне поговорить с этим человеком". – Но на самом деле все это время я не сводил глаз с рыжеволосой девушки, а потом резко поднялся и, ни перед кем не извинившись, пошел к ее столику.
Она смотрела на меня снизу вверх зелеными глазами отца Кевинина. Тонкие ленточки удерживали пряди длинных густых волнистых волос. Она улыбалась. Она сияла. Она была изумительна.
"Я хочу на тебе жениться, – сказал я. – Я тебя полюбил. Ты ведь видишь Гоблина, да?"
"Да, вижу. Для духа – это потрясающий экземпляр, – сказала она. – Но замуж за тебя я не пойду".
Я присел за ее столик, опустившись, вероятно, на стул, освобожденный Стирлингом Оливером. Я бросил взгляд в его сторону и увидел, что он занят беседой с тетушкой Куин. Тогда же я впервые обратил внимание, что за другим столиком, лицом к нам, сидят отец Кевинин и доктор Уинн.
"Меня зовут Мона Мэйфейр, – сказала девушка. У нее был чудесный голос. – А это мои двоюродные братья..."
"Я знаком с ними обоими. Отец Кевинин, прошу вас, представьте нас, как полагается".
"Какой вы странный, Квинн, – сказал отец Кевинин, блеснув теплой улыбкой. – Представить, как полагается. Еще немного, и вы попросите меня огласить в воскресенье имена новобрачных. Мона, это Тарквиний Блэквуд, ему восемнадцать лет, и он повсюду берет с собой своего духа".
"Этот призрак – не просто дух, – возразила Мона. – Такое определение для него не годится. Он слишком для этого силен".