"Продолжайте грести!" – прокричал я.
Люди вопили и визжали.
"Шевелитесь!" – молил я.
Рабы попрыгали в воду.
"Нет, на лодке будет быстрее", – настаивал я.
Гребцы побросали весла, лодка перевернулась. Я начал тонуть. Волны то поднимались, то опускались. Я наглотался воды. Снова прогремели жуткие раскаты грома.
Я проснулся. Нет, я не стану смотреть этот сон! Меня охватил ужас. Мне показалось, что я оказался в чьих-то чужих объятиях. А затем, на фоне ярко-синего ночного неба, я разглядел на балконе какую-то фигуру и сразу понял, что это Петрония.
"Ты дьявол!" – выкрикнул я и, вскочив с постели, бросился на балкон, только никакой фигуры там уже не было. Трясясь от ярости, я стоял, вцепившись в перила, и вглядывался в темноту, преисполненный ужаса, какого еще не знал в жизни, и злобы.
Я не мог подчиниться этим страхам и в то же время не мог с ними покончить. Наконец, схватив халат, я вышел из номера и направился в люкс тетушки Куин. На мой стук вышла Синди, наша милая сиделка.
"Тетушка Куин, я должен спать с тобой, – с этими словами я метнулся к ее кровати. – Мне приснился кошмар. Это все творит злобная Петрония".
"Забирайся сейчас же сюда, мой бедный малыш", – велела тетушка.
Я так и сделал.
"Тихо, тихо, мой дорогой, не бойся, – сказала она. – Ты весь дрожишь! Постарайся уснуть. Завтра мы отправимся в Торе-дель-Греко, накупим множество красивых камей, и ты сможешь мне, как обычно, помочь".
Синди снова легла в кровать. Занавески на раскрытых окнах развевались. В обществе этих двух женщин мне стало спокойно, и я снова уснул, мечтая о ферме Блэквуд, мечтая о Моне и о том, как с нами будет жить Томми, мечтая о многом – только не о плохом, только не о призраках, злых духах, темноте, беде, смерти.
Неужели Петрония действительно побывала там? Неужели это были ее чары? Я этого никогда не узнаю.
Но позволь мне завершить историю наших счастливых скитаний. Все-таки настал момент, когда нам пришлось вернуться домой.
Тетушка Куин не могла больше продолжать путешествие. Просто-напросто она слишком ослабла, и давление у нее подскочило. Она успела вывихнуть себе запястье, и кто знает, может быть, следующий вывих пришелся бы на лодыжку, вообще лишив ее возможности передвигаться? А еще она боролась с каким-то видом артрита, от которого у нее начали распухать суставы. Упадок сил одержал над ней верх. Она уже не поспевала за собственным ритмом и сердилась на свою слабость.
В конце концов Синди, сиделка, решительно заявила:
"Я в восторге от этих отелей не меньше, чем остальные, но ваше место дома, тетушка Куин! Еще немного, и вы, окончательно обессилев, просто упадете! Вы не можете продолжать такую жизнь, как сейчас".
Я присоединил свой голос к голосу Синди, а вслед за мной и маленький Томми, который к этому времени подрос, превратившись в симпатичного двенадцатилетнего мальчишку; под конец и Нэш выступил со своей торжественной декларацией:
"Миссис Маккуин, вы держались отважно, но сейчас пришла пора удалиться на покой в Блэквуд-Мэнор и воцариться там мудрой и веселой правительницей, которая, как мы все знаем, никогда не склоняется от невзгод".
Мы жили в Каире, когда было принято это решение, и прямо оттуда вылетели в Рим, где начинались наши приключения, чтобы провести напоследок еще несколько дней в отеле "Хасслер". К этому времени я уже понял, что поступил необдуманно, не предложив вернуться раньше, – я, видишь ли, опасался обвинений в том, что блюду собственные интересы, спешу увидеть свою любовь, Мону.
Мысли о Моне меня действительно волновали. Вот уже больше двух недель как она не отвечала на мои электронные послания.
Как только мы расселились в отеле – я получил огромный люкс с очень длинной и широкой террасой, как раз под тетушкой Куин, занявшей пентхаус вместе с Синди, – я попытался дозвониться до Моны по телефону, но трубку сняла Роуан, которая была сдержанна на слова и несколько сурова.
"Она сейчас в больнице, Квинн, проходит кое-какое обследование, – услышал я в трубке. – И пробудет она там еще несколько месяцев. Увидеться с тобой она не сможет".
"Бог мой, это значит, ей стало хуже! – воскликнул я. – Роуан, скажите правду. Что с ней такое?"