Может быть изнасилование я еще бы пережила, если бы меня было кому поддержать. А так у меня на лицо синдром замещения. Я переложила боль и ответственность за смерть родных на этих напыщенных индюков.
Да, это не правильно. Но, если у вас нет желания жить и есть кровные враги, чем не повод отомстить за все обиды.
Я слышу движение и звук шагов. Эх, Петр Алексеевич, не с вашей комплекцией ступать бесшумно.
« Что ж вы так поздно?» -спрашиваю мысленно. Я уйду отсюда через 20 минут и так в зале за силовой проторчала почти 4 часа.
Зеркало в зале нет и Петр решает подойти ближе, пользуясь моей мнимой увлеченностью тренировкой. Выдержка, Саша, и терпение, все, как тебя учили.
Прогибаюсь сильнее. Отдала бы все за то, чтобы увидеть его реакцию. Прекрансо понимаю, что нарываюсь, но сейчас я близко не подпущу.
Босс делает пару шагов, пока я «с увлечением» провожу пост-разминку. Ну, давай же, еще чуть-чуть. Пара шагов и птичка в клетке!
3, 2, 1… Удар, подсечка и снова удар ребром ладони. Да, босс не плох. Жаль, что не упал, но ничего сейчас. Обманный маневр-я поддаюсь. Пока Петр думает, что затащил меня в собственные объятия, я отсчитываю секунды до полного расслабления мышц и уверенности в победе. Один…
Рывок, выкрутить ведущую руку и удар в висок, после которого он гарантировано станет инвалидом. Только пока этот маневр слишком опасен.
О, да… Прекрасные ощущение чужого полного поражения. Отпускаю босса, думаю урок усвоен. Вряд ли он снова будет лезть мне в душу.
Неприятный осадок, ведь по сути я постоянно обвожу его вокруг пальца, но мои угрызения прерывает циник, живущий во мне и появляющийся только на ринге.
«Спасибо, что смогла отработать маневр! Увидимся на работе!» -плавно покачивая бедрами, я удаляюсь из зала. Да, не смотрите вы так, Петр Алексеевич, дыру в попе просверлите взглядом. И я знаю насколько хорошо смотрятся на мне лосины. О том, что эти лосины добавляю мне почти 6 размеров от исходного, я молчу. Ведь вид скелета не вызывает ничего кроме брезгливости.
В общем, сделать из говна конфетку-люблю, умею, практикую.
Легче не станет
День на работе прошел фантастически. По офису поползли слухи «о новой подстилке босса». На обед меня из офиса вытащила Аня. Она планирует на следующих выходных реализовать мечту о полете. Но без конфузов не обошлось. Во-первых, после моей особой диеты, я не могу есть на глазх у окружающих. Откосить от заказа не вышло, но и впрок еда не пошла. Меня так и вырвало в туалете, все-таки пора навестить лечащего врача.
Во-вторых, кафе, конечно же случайно, заглянул Петр. Пришлось прижать Аню, и она созналась.
«На квесте он тебя глазами буквально пожирал. Ну, не смотри на меня так осуждающе, я еще на свадьбе подружкой хочу побыть» -вот и все аргументы.
Сил и эмоций злится нет. Если честно и объективно, то все эти люди не знают кто я такая, они лишь неосознанно сопровождает меня по мести.
Сбегаю из офиса ровно в 7 вечера, культурно послав босса
Мой взгляд утыкается в календарь. Два дня. Первое День Рождение отца без него, вообще без всех…
Мама бы осудила меня и путь, выбранной мной. Слишком нежная и всепрощающая мама, это единственный случай, когда я поступаю так, как велит боль.
Почти каждая ночь-агония. Счастливые воспоминания-кислота, разъедающая сердце и разум…
Открываю шкаф. Я перевезла его с дачи. «Сундук воспоминаний». Коробка, обитая черным бархатом снаружи и красным-внутри. Там все что я смогла сохранить после их смерти.
Все на своих местах. Любимая игрушка брата-синий пластиковый робот, рядом Саша-кукла сестры. Ее Аленка назвала так только потому, что она похожа на меня.
Провожу по искусственным кукольным волосам. Что осталось от той Саши? Память и оболочка, больше ничего…
Папин галстук и запонки. Их подарила я на родительскую годовщину.
Бабушкина коллекция марок. Я знаю историю покупки каждой. Вот, ее любимая-Бранденбургские ворота.
Последний гвоздь в гроб моего душевного равновесия-мамины заколки. Она любила их… В ее День Рождения я решила подарить маме красивый ободок с ирисами. Ободки были ее маленькой слабостью, и папа о ней прекрасно знал.
Она умерла, так и не увидев подарка. Я поднималась по ступеням на 3-й этаж больницы, когда мне позвонил лечащий врач. Дежурное: соболезную вашей утрате и оглушающая пустота, окружающей действительности.
Я не сразу нашла в себе силы подняться, так и сидела на холодных ступенях минут 20.
Подарок маме пригодился. Я похоронила ее в этом венке. Ей бы пошло, будь она….
Странно, снова не заметила, что плачу. Соленые дорожки рассекают мою лицо. Как шрам, не только на лице, но и в сердце.