— Готова!
— И потерять при этом свой Дар… Не только Дар, но и красоту! Проживёшь до самой смерти уродкой, от которой все шарахаются.
— А Злата будет как прежде?
— Обязательно.
— Страшная цена, но Ратибор достоин счастья.
— А ты ещё та лгунья! — неожиданно рассмеялась Морана. — Любовь ей неведома! Гормоны она на весах взвешивает! Да на такие жертвы способна лишь та, кто по уши втюрилась!
— Ты знаешь, госпожа, что я любить не могу. Зачем издеваешься?
— Можешь, и ещё как! Просто начиная служить мне, каждый вместе с Даром Восприятия автоматически получает блок. Для чего? Чтобы чувства не туманили мозги, да и не было соблазна навязать любовь предмету своего воздыхания. Так что: ты любишь!
Открою тайну: я тоже когда-то любила. Любовь неподвластна богам — это стихия немного другого уровня. Мы, боги, можем руководить поступками людей, сближая или отдаляя их друг от друга, но вытравить любовь невозможно… И не нужно!
Повторяю вопрос. Ты готова пожертвовать всем? Наблюдать, как Ратибор счастлив со Златой и с омерзением смотрит на тебя? Переиграть будет невозможно. А ведь ты ему оооочень нравишься сейчас! Прямо очень-очень! И как женщина, и как личность!
Есть шансик занять место Луганской! Стать в этой неразберихе не просто подданной, не постельным утешением, а полноправной женой. Погорюет твой любовничек, поплачет и успокоится, полностью отдав всю свою нежность тебе.
— Не такой ценой. Начинай… — прошептала Маруша, плотно закрыв глаза в ожидании боли.
Глава 25
Ведунья всё ждала и ждала, когда начнётся пытка, но никаких неприятных ощущений не испытывала.
— Что за ерунда⁈ — наконец, не выдержала она и открыла глаза.
Апартаменты Ратибора, а не Навь, предстали перед её взглядом. Морана вернула обратно. Рядом сидит в луже крови Злата и тупо смотрит в одну точку. Красивая, как и прежде. Значит, от моей красоты уже ничего не осталось…
Не выдержав, Маруша подбежала к зеркалу, собрав всю силу воли, чтобы не закричать и примириться с уродством, но то ли зрение её подводило, то ли ничего не изменилось. Отражение было таким же, как и раньше. Непонятно…
— Сюрприз, — возник в голове голос Мораны. — Не могла же я оставить без наказания твоё наглое прибытие ко мне, да и жалко такую мордашку портить. Говорят, что смерть не шутит? Я весёлая.
— А Дар⁈
— Ты такой же идиоткой стала, как и твой Ратибор. Не нужно вас было сводить, а то сплошные разочарования.
— Извини, — попыталась было оправдаться Маруша, но поняла, что говорит в пустоту: присутствие богини исчезло.
Не помня себя от счастья, женщина кинулась к Злате и стала её тормошить, пытаясь привести в чувство.
— Охренеть… — первое, что произнесла сдавленным голосом боярыня Луганская.
— Жива⁈ Как себя чувствуешь⁈
— Паскудно. Будто бы меня слоны затоптали. Помоги подняться.
Пошатываясь, девушка прошла в ванную и стала смывать под душем кровь. После этого, облачившись в пушистый халат, вышла и увидела ведунью, какой-то тряпкой затирающей кровь на полу.
— Ты что делаешь? Зачем?
— Слушай меня внимательно! — приказала Маруша, не отрываясь от уборки. — Покушение было, но ты с ним сама справилась. Поняла? Никакой смерти не было! Быстро выстраивай легенду, пока кто-нибудь не заявился!
— Поняла. Значит, ты меня не спасала?
— Ты про это помнишь?
— Всё. Слышала даже, как ты отрекаешься от своей судьбы в обмен на счастье Ратибора.
— Слышала и забыла!
— Нет!
Девушка подошла и обняла ведунью.
— У нас теперь тоже одна душа на двоих. Чувствуешь ли ты мою, я не знаю, поэтому скажу словами. Ты, как никто, достойна быть рядом с Ратом.
— Ты бы сделала то же самое для него. Я знаю. И вообще, перестань меня тискать, а то опять отмываться придётся! На тебя воды и шампуня не напасёшься!
— Ерунда. Давай тряпку, помогу.
Я летел домой, не сбавляя скорости. Что же произошло? На что намекал Николаш? Понятно, что ничего хорошего этот падла подсунуть не мог. Херовые предчувствия и неопределённость разрывали мозг.
В какой-то момент душу опутала серая безнадёга и страх. Ощущение, будто бы я опять оказался в чертогах Велеса. Что это⁈ Явно не моё! Остаётся одно — отголоски эмоций от Маруши!