— Будет. Жаль, Выборгские со Смоленскими выключены, а то бы мы все сообща… Камня на камне не оставили бы!
— Мы и так сильны!
— Не стал бы очень сильно уповать на это, — перебил я диалог двух Глав. — Пока всё идёт не по нашему сценарию. В догонялки играем. Если хоть чуть-чуть расслабимся, то прилетит в темечко знатно.
— Верно, — согласился Славута, окинув меня тяжёлым взглядом. — Не нравишься ты мне, только прислушиваться к твоим словам стоит… княжич.
— Решил не выносить сор из Тулинской избы, раз «княжичем» обозвал? — без тени почтения спрашиваю у него.
— Сор уже вынес сам Борис… С прошлым наследничком. Посмотрим, насколько ты соответствуешь княжеским надеждам, двойник. Злата! Работать — работай, но близко этого самозванца к себе не допускай! Приказ Главы Рода! Больно хитрожопый экземпляр попался.
— То есть, — с невинным видом попыталась получить пояснения боярышня, — трахаться только в твоём присутствии?
— Что-о-о⁈
— Поняла. Без тебя.
— Боря! Она меня на погребальный костёр живьём отправит своими выкрутасами! Сделай хоть что-нибудь! Князь ты Великий или из дерьма слепленный⁈
— Князь! Ещё почти месяц и самый натурально-законный! — усмехнулся мой отец. — Поэтому лягу рядышком на костёр с тобой. В знак солидарности, так сказать. Наследники нынче не те… То ли было в наше время!
Глава 19
Новгород, как и всё Славянское Княжество, будоражило от нахлынувшего адреналинового азарта. Предвыборная гонка развернулась вовсю. Более ста двадцати Глав Родов нацелились на княжеский трон. К слову сказать, всё только звучит так высокопарно.
На самом деле по итогам выборов тридцать Родов, оказавшихся вверху списка, формировали новую Боярскую Думу, которая уже и выбирала Великого Князя. Поэтому это настоящее эмоциональное шоу, где соперники не стеснялись в методах, используемых против конкурентов, лишь бы вырваться вперёд, правильно было бы назвать не княжескими, а думскими выборами.
Состоялось даже несколько дуэлей между Главами Родов. Вшивенькими, правда, Главами. Задача которых была больше не выиграть выборы, а немножко приподняться в Думе. Но народу было плевать на причины: главное — знатная драка.
Я тоже попытался влиться в это предвыборное безумие, рассчитывая поднять рейтинг Бориса Тулина. Но он мне быстро сделал от ворот поворот, доходчиво объяснив, что при тесной работе со Славутой Луганским, который является одним из сильнейших конкурентов, ничего неожиданного случиться не может. И Дума будет «правильная», и Великий Князь.
На сегодня моя задача — создать боеспособное внеродовое подразделение. И держать руку на пульсе, пытаясь отследить хоть какие-то намёки на телодвижения Неназываемого. Так что всё, что я сделал «героического», это дал несколько интервью, объяснив людям, поддерживающим «Княжич», за кого стоит пойти проголосовать.
Делал это без души, выдавая в эфир текст, написанный Радой, но и это привело к неожиданным результатам.
По промежуточным прогнозам аналитиков рейтинг Бориса сразу скакнул вверх аж на тридцать процентов, серьёзно оторвав от ближайших преследователей. Точнее, от боярина Славуты, который после Златиных выступлений тоже внакладе не остался, заимев восемь дополнительных процентов к рейтингу. Кажется, что немного, по сравнению с Родом Тулиных, только подобные агитки наследников обычно приносят несколько десятых процента.
— Видел? — вызвав к себе, показал отец эти данные. — Выводы сделал?
— Естественно. Хрен кто вас со Славутой переплюнет.
— Я не про нас, а про вас со Златой. Случись заварушка между Родами, то на сторону «Княжича» встанет несколько миллионов человек по всей стране. Признаюсь, сам удивлён, что настолько эффективным оказался этот проект. Но кроме радости, испытываю ещё и лёгкую тревогу. Стоит ли снимать с тебя Кровавую Клятву? С такой неподконтрольной мне силищей легко можешь дров наломать.
— Не снимай, — пожал я плечами. — Пусть Злата одна «дроволомом» работает — поводка-то у неё нет.
— И она обязательно это сделает. Будет сильно ерепениться — тупо обанкротим и выкупим «Народный княжич» по бросовой цене. Но это отвратительный вариант. Хотя её дёрганья достаточно предсказуемы, в отличие от твоих, так что особой угрозы не несут.
— Зато мои принесли тебе тридцать процентов к рейтингу.