Это был один из самых «раскрученных» специалистов в новой для России сфере политтехнологии. Он лизал задницы всем — и в Кремле, и в Думе, поэтому был осыпан барскими ласками, его лоснящаяся рожа в очочках «лектор» регулярно мелькала на телеэкранах. Раз назрановский журналист планирует тут же возвращаться, значит, его пребывание в кабинете не грозит затянуться надолго. Скорей всего, они обтяпывают там чисто технические дела, журналист должен взять какие-то бумаги или что-то передать. Нынче далеко не все можно доверять телефонам или электронной почте.
— Володь, не сочти за труд съездить туда. Когда журналист отчалит, тебе следует поговорить по душам с Лазурским. Так, мол, и так. Дело подсудное, оклеветали ни в чем не повинного человека…
Александр Борисович объяснил Поремскому, что нужно выяснить.
— Блефуй вовсю, — под занавес то ли посоветовал, то ли разрешил Турецкий и, выключив телефон, вернулся к прерванной беседе с капитаном. — Значит, почти одновременно произошли похищение и два покушения, все связано с работниками министерства. То есть налицо явная утечка информации. Преступникам дали знать, что над их головами сгущаются тучи, и те засуетились.
— Да. По-моему, они имеют информатора в МВД, в цаголовском окружении.
Турецкий вздохнул, вспомнив недавний разговор с Докучаевым: предательство, корпоративная этика, сор из избы. Но что поделать, если это действительно происходит, если люди за деньги готовы сотворить любую мерзость.
Вдумчивый Захарин понравился «важняку», на такого соратника вполне можно рассчитывать.
— Юрий Алексеевич, сейчас по моей просьбе республиканская прокуратура зондирует почву для одной акции, связанной с проверкой ФСБ. В случае удачи я в любой момент могу сорваться, оставив вас в одиночестве. Пока же мы можем начать действовать. С вашим начальством я договорюсь, чтобы подсобили. Для выявления такого информатора, Юрий Алексеевич, существует старинный, тысячи раз апробированный способ. Он такой древний, что многие о нем забывают и аккуратно попадаются на эту удочку.
— Вы имеете в виду контрольную дезу?
— Конечно, — кивнул Турецкий.
Глава 11
ЗАКУЛИСНАЯ ВОЗНЯ
Несколько дней назад Володя Поремский ходил на концерт в консерваторию.
Володю при всем желании трудно назвать меломаном. Это жену хлебом не корми, а дай послушать симфоническую музыку, особенно любит скрипку. И тут, когда он случайно проходил мимо консерватории, подвернулись билеты на итальянского скрипача. Хорошие места, суббота, у Татьяны начинается отпуск. Надо, думает, порадовать женушку.
Совсем близко от них, через проход, сидел известный политгехнолог Лазурский, он часто принимает участие в разных телевизионных ток-шоу. Безупречно подстриженный и выбритый, со вкусом одетый молодой человек. Всегда интересно наблюдать за поведением публичной личности в быту, во всяком случае, когда тот не занят своим прямым делом, не сидит перед телекамерой, не стоит на сцене или на трибуне, а сам находится среди зрителей. Поэтому любознательный Поремский время от времени поглядывал на знаменитость и видел, с каким непритворным наслаждением тот слушает музыку, как реагирует на пиццикато Паганини, переливы мелодий Вивальди. Не вызывало сомнений, что у этого человека тонкая чувствительная натура, что он принадлежит к отмеченному божьей печатью племени эстетов.
Меньше всего предполагал Поремский то, что через несколько дней встретится с этим человеком один на один в служебной остановке, в его персональном кабинете — небольшой комнате, постоянно освещенной лампами дневного света, поскольку настоящий загораживают растущие возле двухэтажного особняка высокие тополя. Письменный стол завален бумагами, стеллаж — книгами и папками, несколько стульев. Больше в кабинете эстета ничего нет.
Предъявив свое служебное удостоверение советника юстиции, на которое политгехнолог ни малейшим образом не отреагировал, Поремский взял быка за рога:
— Андрей Николаевич, сейчас мы занимаемся делом, которое начал расследовать погибший вчера заместитель Генерального прокурора Ингушетии Бритаев.
— Ингушетия — это Назрань? — спросил Лазурский.
— Совершенно верно. Тот самый город, где в сентябре состоятся выборы главы администрации. На пост мэра претендуют семь человек. — Володя говорил торопливо, словно боялся забыть те сведения, которыми напичкал его Турецкий. — Один из кандидатов, некто Тавасиев, был несправедливо обвинен в организации фирмы по отмывке денег и уклонении от уплаты налогов в особо крупных размерах. Документальные материалы для местной газеты «Триумф» были предоставлены вами. Так это или не так?