— Бегу, — улыбнулась Сальвет, сидя рядом на коленях. — Все бросаю и бегу. Не придумывай, Вейлей. Сейчас отдохнешь, и продолжим подъем. Тут немного осталось. Честно тебе говорю. Мы почти все уже прошли. Еще чуть-чуть и в Хатур.
Продвижение вверх почти окончательно застопорилось. Вейлея хватало после отдыха сначала на десять ступеней, потом на пять. Довольно долго Сальвет сидела, ожидая, когда мужчина очнется после потери сознания.
— Уходи, Сальвет, — звучал из-под маски приглушенный голос с замысловатым акцентом.
Сальвет перевела взгляд от противоположной стены колодца, на которой заметила тонкую серую трещинку. Кажется, время существования этого светлого прохода между мирами подходило к концу.
— Очнулся, — с улыбкой отметила она.
— Сальвет, я серьезно. Оставь меня и уходи. Ты же видишь, что больше не могу подниматься. Нет смысла убиваться обоим.
— Ох, Вейлей. Неужели ты в самом деле думаешь, что я захочу так поступить? Ты же мне нравишься. Ты это знаешь. И я тебя брошу? Как я после этого спать-то буду⁈ — в притворном ужасе воскликнула Сальвет.
— Ты? — переспросил с улыбкой в голосе Вейлей. — Ты будешь прекрасно спать, что бы в твоей жизни не случилось.
— Скорее всего, — весело согласилась Сальвет.
— Тебя это смешит? То, что мы тут подохнем оба?
— Мы хотя бы попытались. Ра Зу я уже все объяснила. И пока мы не подохли, ты должен перед ней извиниться.
— За что? — взгляд опустился на плечо девушки. Харпи сидела на плече совершенно спокойно, болтая тонкими босыми ножками. В своем салатовом платьице и с блестящими крылышками харпи была похожа на маленькую сказочную фею. — Не обещал самому вернуться в Хатур.
— Да причем тут ты? — Сальвет даже поморщилась. — Извиниться, что не предупредил о том, с кем собрался ее оставить. Что у этого кого-то не все дома, полный ужас с эмоциональными связями и вообще она на голову повернутая.
— Почему ты так о себе? — сощурились глаза в прорезях маски. — Хочешь казаться хуже, чем есть?
— А кто тут сказал, что я плохая? Лучшая кандидатура на роль няни для крохи! Уж получше некоторых, которые приперлись в Шар с мыслями там подохнуть. Еще и тень солнца выпил, придурок несчастный.
Харпи на плече солнцерожденной переводила взгляд туда-сюда, пока эти двое ругались. Звучало на удивление тепло и как-то занятно, несмотря на всю резкость и даже грубость слов.
Дрожь колодца оборвала выяснение того, кто больший идиот, на корню. Сальвет с Вейлеем смогли подняться еще ступеней на двадцать за последние несколько часов. Дальше даже просто подняться на ноги мужчина не мог, периодически теряя сознание.
— Сальвет, — прошептали у колен.
— Убегаю, — эхом в тон откликнулась она. — Видишь, только пятки сверкают. Ладно, коленки. И те под штанами. Знаешь, надо было тебя соблазнить там, на решетке внизу. Не очень удобно, но хотя бы с удовольствием провести последние часы жизни. А? Как тебе идея, Вейлей?
— Паршивая. Уходи, Сальвет.
— Ухожу.
— Ты мне не нравишься. Зачем тебе умирать? Просто так ведь.
— Все когда-нибудь умрем. Вейлей, я банально не смогла бы тебя бросить. Ни там в Шар, ни здесь. Как ты себе это представляешь?
— Но ты мне не нравишься, дура. Дойдет до тебя это?
— Дошло с первого раза. Но это не отменяет того факта, что ты нравишься мне. Пусть и безответно. Между прочим, Акан мне тоже нравится. И будь он здесь, я бы точно так же сидела рядом. Серьезно, Вейлей, ты идиот?
— Я говорю со стенкой.
— Повернуть голову? А то это неуважение — смотреть на меня, а разговаривать со стенкой. Она тут рядом. Хочешь? — улыбнулась ехидная зараза.
— Не хочу, — тихо отозвался мужчина. — Ты ведь не знаешь того, кто скрывается под маской.
— И это к счастью, — улыбнулась своим мыслям Сальвет. Посмотрела на тело у себя на коленях. Кажется, Вейлей вновь потерял сознание. — Ра Зу?
— Да? — откликнулся мелодичный голосок от плеча. Не такой, как у Зу Жи, более звонкий, как колокольчик.
— А ты знаешь, кто он?
— Знаю, — призналась харпи, не думая скрывать очевидного. — Мы познакомились с ним в колодце, где он нашел меня. Забрал оттуда, заботился, когда перестал видеть…
— Прости, Ра Зу, — улыбнулась на тихое шмыганье носиком Сальвет. — Но я в самом деле не хочу его бросать здесь. Он же пошел меня спасать. Дурак.
— Он хороший, — заступилась за солнцерожденного Ра Зу. Сам Вейлей сказать и слова в свою защиту не мог, пребывая без сознания.
— Хороший, — согласилась Сальвет, наблюдая за тем, как по той стороне колодца ползет очередная трещина, все разрастаясь и разрастаясь в размерах.
Знакомое зрелище медленно разваливающегося колодца. На Большой Охоте с Аканом посмотрела, могла сравнить. Там, правда, размах был тоже больше, полностью соответствуя названию. Там камни летели, отваливаясь от стен, таких размеров, что здесь бы они попросту встали поперек, заткнув своим массивным телом проход как пробка бутылку.