— Погоди, Сальвет, — остановил ее женский голос от дальнейшего побега. — Не уходи, пожалуйста. Он сейчас без тебя к себе не подпустит никого. Останься.
— Как скажешь. Эм, — Сальвет вернулась к кровати, куда уже осторожно и медленно подобралась гостья. — Не будешь ругаться, если я сразу сознаюсь, что позабыла, как тебя зовут? Помню, что вы с Харрамом пара, но кроме… Леди Талкари?
Попытка вспомнить провалилась на корню. На нее взглянули светлые карие глаза. Сури тепло улыбалась чужой неловкости.
— Таллури. Просто — Таллури. Не обижусь, Сальвет, что ты⁈ Ты даже не представляешь, как я рада, что ты меня не помнишь, — последняя фраза явно должна была быть другой, но сури уже ревела, размазывая слезы по лицу.
Сальвет замешкалась вновь, не зная, как себя вести. Понять женщину не могла. Первая же попытка окончилась провалом. Будь они с Зефиром на месте этой парочки, то сейчас бы кто-то кого-то душил среди подушек на жестком покрывале. Возможно, даже одной из подушек.
— Таллури, — неловко и беспомощно протянула Сальвет, неосторожно похлопывая по плечу женщину. — Все уже хорошо. Можно, ты не будешь реветь? Иди лучше к нему ближе. Он пока ни кошмара не соображает! Так что, если у тебя есть какие-нибудь извращенные эротические фантазии, самое время их реализовать! Что? Точно-точно.
— Ты не меняешься, — нервно рассмеялась Таллури над идиотским предложением. Однако слезы — странное дело — литься перестали. Остатки безжалостно вытерли широким рукавом толстой рубашки темного изумрудного цвета. — Спасибо, Сальвет.
— Сама рада вернуться, — весело улыбнулась девушка в ответ. — Да не бойся ты его. Не тронет. Уверена, не волнуйся. Ты посмотри на него. Какие ушки…
— Ты неравнодушна к нашим ушам, — Таллури осторожно присела на край кровати. Несмотря на все заверения со стороны, резонно опасалась негативной реакции на себя. Неадекватные Звери не различали своих и чужих. Для них существовал в такие моменты только их Охотник.
— К ним нельзя быть равнодушной! — Сальвет куда смелее вела себя в опасной близости к Харраму. Плюхнулась у его спины на кровать, обняла за плечи одной рукой, а второй потрепала бархатные ушки, едва не пища от восторга. — Ты не представляешь, какая пре… О, смотри, он очнулся. С возвращением, Харрам! А мы тут твои уши делим. Пополам. Мне одно и Таллури одно. Как тебе? Ладно-ладно, не смотри как кошмар на солнцерожденную. Так и быть, оставлю тебе оба. И вас наедине тоже в состоянии оставить сама, не надо подсказывать, Вейлей.
В отличие от Вейлея, Сальвет предпочла свалить со своего чердака наружу через балкон. Ползать по мерзкой, узкой и отвесной лестнице туда-сюда надоедало после первого раза. Когда за день успеваешь проделать это с десяток раз, начинают откровенно чесаться руки.
— Ты быстро до них добрался, — поделилась соображениями Сальвет, найдя мужчину в небольшой гостиной, расположенной на первом этаже. — Мне говорили, их Стаи где-то возле Ар Олэ. Получается, надули.
— Колодцев много. Серые и Бурые Стаи ближе к Ар Олэ, — согласились с ней каким-то неровным голосом.
Сальвет покосилась на мужчину. Когда тот сполз по стене и послышался знакомый звук, подобралась на коленях по дивану ближе. Перегнувшись через подлокотник, наблюдала в углу вполне ожидаемую картину.
— Ты долго блевать собираешься, Вейлей? Перья уже все съел? Сказал бы раньше, — фыркнула она, не дождавшись ни единого ответа. Вместо дальнейших сотрясений воздуха отыскала перо в поясной сумке и вместе с ним присела рядом со скрюченным в конвульсиях телом. Черная лужица все пребывала. — Держи. Ешь, не смотри так. У меня еще есть.
— В комнате, — пробормотал Вейлей. Помедлил, но все-таки взял перо и засунул под маску в рот.
— Носи всегда с собой, — посоветовала Сальвет. — Оно как-то на усталость реагирует. Перетрудишься и падаешь в пропасть. Так, ладно. Еще будешь? Уверен? Точно?
— Ты их ешь раз в три-четыре дня.
— И ты мне сейчас скажешь, что терпел до последнего, ориентируясь на меня, — продолжила за него Сальвет, зло поцокав языком. — Ты идиот, Вейлей? О, прекрасно. Как злиться, так ты первый, а как мозги включать, так постоишь за углом? Так не работает. У меня есть все основания на тебя ругаться. Нравится тебе это или нет.
На нее продолжали недовольно смотреть из-за прорезей непроницаемой грязной маски. Солнцерожденный не ругался, так что продолжила ругаться Сальвет. Уж очень хотелось. Такую глупость сотворить мог только этот идиот!