— Спрашиваешь, — Ка Зу достала из кармашка загогулину бледно-фиалкового цвета с алыми прожилками. Такую красоту Сальвет прежде не видела.
Внутри колодца все было обыкновенно и привычно. Сальвет не заметила никаких различий. Что десятый уровень, что первый. Те же размеры, те же каменные стены, те же ступени.
— Только на Большой Охоте ступени приобретают определенные свойства, которых нет в обычных колодцах, — ответила ей на вопрос Ка Зу, когда уселась на плече. — Для трюкачей здесь все стандартно. Разве что колодец выше. Это им беспокоиться надо. И вообще…
Сальвет уже прыгала по ступеням, слушая краем уха бурчание недовольной харпи. Та нервничала, хотя пыталась скрыть беспокойство.
— Они ребята опытные, но это первый уровень! — не выдержала в какой-то момент Ка Зу. Вздохнула и уже тише добавила, словно испугавшись за недавнюю вспышку. — Второй закрывали пару раз, вот и раскатали губу. А здесь — не там. Ты так и будешь пропускать материалы? Опять.
— Думала, ты даже не заметишь! — рассмеялась Сальвет, не сбавляя хода. Стены колодца, покрытые кое-где небольшими пучками зелени, спешно убегали вниз.
Кое-какие материалы она все-таки собирала, когда встречались особенно большие скопления или что-то очень дорогое, если верить Ка Зу. В колодце первого уровня всякого добра хватало, так что даже Сальвет с трудом пробиралась наверх, отвлекаясь то на одно, то на другое через каждые десять-двадцать метров.
— Кошмар, берегись! — не прошло и получаса, как харпи на плече заметила опасность, подбирающуюся из-за спины. — Чем они там заняты, интересно⁈ Сальвет?
— Посиди здесь, — Сальвет осторожно переложила мотылька на уступ. — Это что-то не очень слабое. Разберусь, заберу.
И спрыгнула вниз, разжав пальцы.
Большой кошмар встретил широкой пастью. Словно нитками прошили, но тварь разодрала и теперь высовывала наружу сквозь щели три длинных змееподобных языка. Лап тоже три, ног нет. Но передвигалась гадина бодро, цепляясь прямо за стены и выступы на них.
Пришлось постараться, выпить ойл, но тварь Сальвет одолела. Даже успела поймать огонек искры, падающей куда-то на дно.
— С тобой все в порядке? — шмыгнула Ка Зу, когда ее подобрали от стеночки колодца и пододвинули к плечу. — Видела, как ты… У тебя кровь идет.
— Скоро перестанет, — попыталась успокоить харпи Сальвет. Осмотрелась, нашла ближайшую ступень и забралась на нее. — Ойл уже выпила. Сейчас подействует в полную силу, и можно будет продолжить подъем. Не волнуйся.
— Как можно не волноваться⁈ Мало вам, трюкачам, проблем в колодце со своей работой, еще эти бездари подкидывают работенки. А ты вообще без доспеха полезла. Это колодец первого уровня!
— Не ворчи как протектор перед выволочкой, — рассмеялась Сальвет. Взгляд мечтательно ползал по стенкам колодца, поднимаясь все выше. — Кажется, я вижу там что-то интересное. Вон, смотри, какой подозрительный куст с алыми шариками. Почти наверняка какая-нибудь ценная фигня, да?
Попытка успокоить харпи провалилась на корню. И не потому, что была плохая сама по себе. Просто как раз в тот момент, когда Сальвет смотрела наверх, Ка Зу смотрела вниз. А потому заметила еще одну черную точку, поднимающуюся к ним.
— С-сальвет! — взвизгнувшая кроха оглушила на правое ухо. — Их там два! Три⁈ Сальвет!
— Почему? — Сальвет неслась по ступеням наверх, напрочь позабыв и про полученные недавно раны, и про усталость. — Почему так много, Ка Зу?
— Потому что они не могу убивать и сдерживать. Если их там вообще не сожрали еще всех! — всхлипывая и заикаясь, ответила ей Ка Зу. У бедняги зуб на зуб от страха не попадал. — Говорила же этим идиотам. Говорила! Придурки безмозглые. Потащило их на первый уровень!
— Не кричи, — поморщилась Сальвет, которая точно оглохла от истеричных криков над ухом. — Лучше скажи: если я спущусь вниз, коснусь дна, закрою колодец, кошмары исчезнут? Если их не убили?
— Ч-что? А. Да, конечно, — не сразу сориентировалась в вопросе Ка Зу. — Да. Если ты спустишься, то… Но как ты спустишься? Если упадешь без духа, погибнешь сразу. Ну, а я за тобой. Духа-то мы пока еще не нашли!
— Не кричи, — вновь попросила Сальвет. Поднималась по ступеням так быстро, как могла, но черные точки упрямо приближались. Озираясь назад, понимала, что против стольких тварей ей ничего не светит. Будь она хоть дважды оптимистом, силы определенно неравны. — Я не собираюсь никуда падать. Сейчас развернусь и буду спускаться по ступеням. Ничего не обещаю, Ка Зу, но наверх нам тоже никак. Ты понимаешь.
— Понимаю, — едва слышно пробормотал притихший внезапно мотылек. Куда только истерика девалась!