- Наивысшей мерой, Сергей Денисович, народной и государственной! - проговорил Чары Акмурадов, задумчиво глядя на щиток с приборами.
- Химия сегодня - это наш хлеб и оружие! За медлительность в освоении Кара-Богаза с нас надо построже требовать, - говорил убежденно Сергей Брагин. - У нас есть все условия искать, пробовать и работать надежно, с огромной экономической отдачей. Запасы, богатства наши прямо-таки беспредельны. Материалы о Кара-Богаз-Голе в наших и заграничных изданиях постоянно появляются. Кто к нам только не приезжает! Со спутников американцы за нами наблюдают. Залив фотографируют, расчеты какие-то делают и об этом пишут в журналах.... Торговых агентов присылают к нам иностранные фирмы. Вот какого кобчика сейчас к нам подпустили! Шныряет и вынюхивает..
Акулы заграничные зарятся. Прощупывают. Прицеливаются. Вот как надо свое достоинство блюсти! Иностранные жучки держат нос по ветру!.. Если уж из космоса обстреливают объективами, то на земле и подавно пялят глаза на каждую нашу родинку и золотинку. Надо крепко помнить об этом. С нашим заморским гостем тоже лобызаться рановато... Все ли тут ладно? - Сергей ходил от окна к стене и обратно, все время обращаясь почему-то именно к карте, тыкая пальцем в затемненную глубь Каспия и в голубой "аппендикс" на восточном берегу акватории залива Потом он сел за столик, где только что делил арбуз, поднял графин и посмотрел на свет.
Поднятая давеча со дна густая муть все еще висела тягостным воспоминанием и никак не хотела оседать. В разговоре тоже все время чувствовался какой-то неприятный осадок, который нет-нет да и поднимался омрачающей тиной. Сам того не замечая, Сергей сел вынужденно, потому что устал. Особенно почувствовал он эту телесную и умственную усталость, когда опустился на стул.
- Чары Акмурадович, вы приехали вместе с Метановым? - спросил вдруг Сергей.
- И даже с Игорем Марковичем!.. Прямо из автомашины они бросились осматривать ваши латки на выпарном аппарате.
- Ну и как... довольны?
- Удивляются. Такой ремонт у них не дозволяется инструкциями.
- Выходит, обидели мы конструкторов!
- Поглядим... Они тебя на койке ищут. Спорят, удобно ли будить!
Опершись боком о стол, Сергей сидел неподвижно и говорил через силу.
- Вздремнуть не мешало бы, - с каким-то безразличием, словно о ком-то другом сказал Сергей.
- За чем же дело встало? - сочувственно ответил Чары Акмурадов. - Довезу до дому.
- Боюсь, что усну в пути. Придется канителиться.
- Тогда тут... Можете уложить его, девушки? - озабоченно спросил Чары Акмурадов. - Кажется, он не буйный.
Айна немного смутилась и тихонько рассмеялась, отчего вконец застеснялась.
- Нас сейчас в спальне нет, пусть ложится!..
- От такой заботы и спать расхотелось, - вяло засмеялся Сергей и поерошил волосы. - Лучше второй трудодень мне, Чары Акмурадович, начисляйте. Потом сразу за все отосплюсь, а сейчас вам буду ночь портить. Пойдемте. Следы Гоши около транспортера посмотрим. Вместе с Метановым и Завидным!..
Чары Акмурадов достал платок, подержал его в руках и накрутил на палец.
- Не лучше ли до утра отложить?
Сбросив сонливость, Сергей Брагин стал упрямым, несговорчивым.
- Но ведь люди около печи продолжают работать, как и Гоша, тем же способом!
В подтверждение его слов послышался сигнал, известивший тех, кто был в опасной зоне, что транспортер включен. Сергей быстро открыл дверь на площадку, и невольно отступил на полшага: порожек неторопливо и спокойно переползал домовитый и общительный Фомка. Он поднял носик к Сергею и благодарно мяукнул. Потерся у ноги бочком, выгнул пушистую спину и поковылял в свой угол, к блюдцу с молоком. Лизнул, поперхнулся, фыркнул и стал лакать.
- Анечка, - попросила Нина провожавшую ее Айну, - посади Фомку в ящик шкафа. Не совсем закрывай, отдушнику оставь. Ладно, Анюта?..
- Все равно спать он ко мне на колени заберется. Правда, Фомич?..
И в эту минуту за окном в темноте, на озере громыхнул выстрел. Рваный. Лохматый и мягкий, будто стреляли ватой. После глухого хлопка почудилось, что в воздухе запахло паленым валенком, и разорванный в клочья воздух долго не мог соединиться.
- Вверх что ли отсалютовали?.. - проговорил озадаченно Чары Акмурадов. - Не иначе, Степанида заспалась. В народе говорят, что спящего и змея не трогает... Значит, кто-то другой потревожил.
Невысокого роста, располневший в пятьдесят лет и начавший курить, уверяя всех, что прибег к этому зелью по совету врачей, Чары Акмурадов был человеком удивительно спокойным и покладистым. Никак не верилось, что он в то же время был заядлым охотником и рыболовом, а несколько лет назад охранял границу в субтропиках, южнее Кара-Богаза, имел бывалый воин в своем послужном списке много благодарностей и наград за свой верный солдатский труд и мастерство следопыта. Была в послужном списке воина границы Акмурадова и такая боевая операция, о которой он никому не говорит. Мало кто знал и о его ранении, хотя осторожная и даже болезненная походка и чуть приподнятое правое плечо выдавали давнишний прокол груди... Сергей Брагин понаслышке знал об этом, но никогда не расспрашивал. Посчитает нужным - расскажет... Услышав сейчас выстрел за окном, Чары Акмурадов замер на пороге комнаты и по давней привычке быстро взглянул на котенка Фомку. Животные и звери острее чувствуют все передряги, их поведение опытному глазу говорит о многом. На этот раз пугливое создание не помогло: Фомка, привыкший к шуму и грохоту, не выказал ни малейших признаков беспокойства. Он потрогал лапой свою тень на стене и начал преспокойно лакать молоко.