- Если про все говорить, будет долго и в кабинете парторга не совсем удобно, - взяв себя в руки и сосредоточившись на главном, Нина решила не запускать и не затемнять разговора с Кагановой. - Не лучше ли нам поехать на озеро, к установке! Там у меня записи, дневник, акты аварий...
- Никуда, милочка, не надо отсюда перемещаться. Здесь наш приют! - точно определила свое местонахождение во вселенной решительная и в то же время осмотрительная Ева Казимировна. - В кабинете партийного руководителя никто не побеспокоит. Телефон - нас не касается. Пусть себе звонит. - Телефон, действительно, звонил почти непрестанно, но на него перестали обращать внимание. Каганова мельком по этому поводу заметила: - Все повторяющееся становится обычным. Телефон не мешает, он даже прикрывает... говори, умница!
- И про несчастный случай? - Нина решила и впрямь быть откровенной. - Вся система транспортера, подача мирабилита, сигнализация - все это вызывает опасение. Тут столько недоделок!
- Не с перепугу ли подобные аффектации, Нина Алексеевна? - Не глядя на собеседницу, спрашивая, но не настаивая на скором ответе, проговорила Каганова.
- Другие утечки тоже беспокоят, - продолжала Нина, быстро переносясь мыслями к своему дымному хуторку в степи и погружаясь в "кипящий слой". - Энергии уходит вдвое больше... И циклоны портят дело, страшные уносы, порча добра, а гранулы!..
- Не утруждай себя, Нина, плохого мне и без тебя наговорят предостаточно. - Каганова начинала нервничать, и теперь телефон стал досаждать. Она порывалась к трубке, но притрагиваться не решалась, опасаясь чего-то. - Тот, кто ищет у нашей печи неполадки, не делает открытий. Мы и сами кое-что знаем, не боимся доработок. Но полезней будет заняться этим, когда сдадим печь, получим гарантии и патент... Надо опередить всех конкурентов. Странно, что именно этого мы никак втолковать не можем. В этом, простите, Нина, главный пункт помешательства ваших тугодумов. Инкриминируемые нам грехи не так уж и существенны и страшны.
- Я веду такой учет, Ева Казимировна!
- Прилежность ваша мне тоже известна, миленькая!- эта реплика Кагановой, по всей видимости, была давно уготована тем, кто попытается потрясать рабочей документацией. - Метанов меня аккуратно и весьма пристрастно информирует. Поверьте, в подобных вещах Сёма толк знает, а заинтересован он не в "точности" твоего учета.
- Да, он может подтвердить! - тоже впадая в нервозность, воскликнула Нина, искренне желая помочь своей руководительнице. Но не подумала она про то, что может перестараться. И Каганова намекнула на это.
- Я не сомневаюсь, что Метанов все может подтвердить. Тем более, когда он помогал вам, Нина Алексеевна, строить... да, строить и подстраивать ваш учет. Как вы не можете понять, инженер Протасова! - раздраженно посетовала Каганова на слепую наивность Нины. - Мы ьам доверили судьбу своего детища, и не хотели бы в вас ошибиться, инженер Протасова!.. Мы должны говорить с вами как галурги-профессионалы, а не как приготовишки, - Каганова стала напряженно прислушиваться, как будто теперь уж сама хотела телефонного звонка, но никто больше не звонил. Было утомительно тихо, и собеседницы услышали возбужденное дыхание друг друга.