- Как представитель газеты, я сам пекусь об авторском активе! - с живым участием ответил Пральников. - Предложение, впрочем, заманчивое. Разумеется, участие в вашем издании гарантируется соблюдением всех авторских прав.
- Не беспокойтесь, ни одной нужной запятой у вас из статьи не упадет, а за волосы на голове - не ручаемся!..
- Рискуя головой, по волосам не плачут.
- Тогда считайте себя, Виктор Степанович, нашим прожектористом. Светить - и никаких гвоздей!..
- На попятную ни в коем случае: отступление отрезано, мосты сожжены! Я - с вами, ребята!
Пока Феликс Лимонов, редактор недремного "Прожектора" натягивал тугую тетиву разговора со столичным литератором, рядовые книгочтеи Ягмур и Сергей мучились над "словесной мучелью" акта. Все в нем было вроде бы складно, фактов с избытком, но какой-то малости, кажется, не доставало.
- Помогите, Виктор Степанович, - умоляюще проговорил Сергей, словно гость был признанным мастаком именно в "жанре докладных и сочинительстве актов". - Дополняйте, отбавляйте! Вы тоже, пожалуй, у нас теперь полноправный свидетель... Возьмем да и притянем вас к акту. При последней фазе соляного потопа вы присутствовали. Заглатывание пастью воронки мокрого брезента и круглое вращение спичечного коробка!... Это тоже улики.
- Чего видел, от того не буду отпираться, - согласно кивнул Пральников. - Кто знает, а вдруг с помощью таких вот актов и проявляется активное вторжение в жизнь, о котором мы так часто говорим.
- И которого требует наш соцреализм!.. Так вы хотели сказать, Виктор Степанович? - Феликс Лимонов держался очень свободно и обращался к литератору, как к собрату по перу. - Что ж, тогда смелее вторгайтесь! Ка-ра-Богаз любит дерзких, буйных и даже одержимых. А вы - активный участник бурных событий.
- Боюсь, что это лишь начало!
- Другие пусть побаиваются! - ответил Феликс Лимонов.
- Не зря мылимся с актом, свидетели, слава богу, есть,- добавил тихо к этому разговору Чичибабин, развинчивая плоскогубцами многоступенчатый, сделанный в виде ракетки, алюминиевый мундштук. - Осталось ответчиков обозначить.
- Да, вижу притянуть и меня решили, - говорил Пральников, перечитывая написанное Ягмуром и Сергеем. - Согласен. По-моему, надо отчетливее провести мысль о прежних расчетах вашей лаборатории и о том, что они не учитывались... Надежность всего трубопровода оцените, как инженеры; ради него бурились эти новые скважины, так? О карстовых провальнях тоже надо бы подробней.
- Слышали, Сергей Денисович, и я за эти пунктики. В акте, как и в любом произведении, важна архитектоника! Не так ли, Виктор Степанович?
- Стройность и соразмеренность прежде всего!..
- Быстро мы сработались, уже понимаем друг друга! Очередной залп "Комсомольского прожектора" будет дан именно по этой актуальной... и затонувшей будке.
- От будки и без пальбы осталась одна воронка, мокрое место! - Пральников отдал бумагу Сергею и что-то записал в свой блокнот. Чуть повыше Сергея ростом, Виктор Степанович был узковат в плечах, но такой же крепкий, жилистый. Седина у него шла с висков и поднялась уже довольно высоко, и сам он заметно грузнел, хотя был порывистый, быстрый на ногу. Несмотря на крепкое сложение, Пральников был бледнолицым и казался чрезмерно утомленным. Морщины под глазами и шрам на правой щеке от пендинки еще больше старили его, но темно-серые, лучистые глаза при разговоре как бы сжигали все приметы раннего постарения.
Сергей и Виктор Пральников с минуту смотрели на густеющие винные краски заката, на уплывающий в сумерки выгнутый огромной подковой берег бухты. Пральников снова взял листок из рук Брагина, взвесил его в руках, задумался.
- Тяжелый груз у этой бумаги. Хочется знать, верите вы, Сергей Денисович, что все написанное тут будет правильно понято?
- Позвольте и мне спросить: а вы - в свое... верите?
- Иначе ни одного слова не потревожил, не поднял бы для человеческой работы,- тихо и доверчиво сказал Пральников.
И раньше Сергей почувствовал, что их откровенный разговор будет затяжным, и поэтому комкать его не хотелось, лучше было повременить, подождать более зрелой и удобной минуты.
- Про карсты... аварию тоже будете писать ? - спросил Сергей.