- Малая, ты уже второй раз за день оказываешься у меня в объятьях, мне это нравится. - В голосе Миши звучали явные смешинки, - но ты хотя бы проверяй, в чьи объятья летишь, а то мало ли перепутаешь меня с кем-нибудь. - Он уже откровенно смеялся.
- Обязательно прислушаюсь к твоему совету! Буду падать с лестницы, когда никто не видит. И лететь навстречу своей любви менее явно! - Как ни странно, Гелю ничуть не задели слова Миши.
- Какой такой любви? А почему я ничего не знаю? - Голос Миши стал несколько серьезнее, чем был минуту назад.
- Ох, это очень сильная любовь, такая, которую никому не разрушить. Называется падать с лестницы! - Геля не заметила в вопросе Миши никаких ревнивых ноток, да и откуда им было взяться?
- Ах, вот оно что! Что же, рано или поздно тебе придётся бросить эту любовь. - Голос Миши снова потеплел.
Все это время Миша крепко обнимал Гелю, абсолютно не замечая этого. Как будто, так и должно было быть, как будто они пара. И главное, ни он, ни она, не чувствовали себя некомфортно.
Немного ещё посмеявшись, девушка, наконец, обратила внимание на то, что Миша одет в ту же одежду, которая была на нем при их первой встрече. Единственная разница в том, что сейчас она выглядела не так свежо, как утром. Геле это показалось странным, но она решила промолчать и не спрашивать у Миши, почему так произошло, в конце концов, её это не сильно касалось.
- Ну что, малая, чем планируешь заняться?
- Доделать, наконец, начатое утром.
- То есть?
- Подготовить номер к заселению.
- Понятно. Напомни, на каком это этаже?
- На четвертом, а что?
- Да так, ничего. Ладненько, пойду в ресторан поем да переоденусь. У вас в Италии невыносимо жарко, долго ходить в одной одежде просто нереально. Скоро увидимся, малая.
Он развернулся и пошел в противоположную от лестницы сторону, где находился выход на улицу.
Геля ещё постояла, осмысливая, что произошло, и отправилась в номер.
В отеле уборка номеров происходила несколько нестандартно. Для того, чтобы сэкономить время, один номер убирали сразу два человека. Во-первых, это уменьшало вероятность кражи в жилых номерах, а во-вторых, значительно ускоряло темп уборки.
Когда человек один убирает, то может задуматься, полениться, зная, что дальше его ждёт ещё работа или вообще, будет относиться к выполняемой работе недобросовестно. Когда убирают двое, это позволяет друг друга подгонять и следить, кто и что делает.
Однако, по ряду причин, номер, которым занималась Геля, ей пришлось убирать «от А до Я» самой без чьей либо помощи и присмотра. А причинами являлись, как уже говорил папа Гели, недостаток рук.
В нормальном штате уборщиков было как минимум 6 человек. В самое жаркое время года отец Гели нанимал временных рабочих, так как вшестером, даже с учётом Гели и Александры (мамы Гели), рабочие все равно не справлялись.
Так как сейчас только начало сезона, он не успел нанять временных рабочих, а постоянные… Здесь были обстоятельства непреодолимой силы. Одна сломала руку, другая уволилась, а третья ушла в декрет. По этим причинам Геле, Александре и оставшимся трем девушкам приходилось работать на разных этажах, дабы хоть как-то успевать делать необходимую работу.
Девушка поднялась на четвертый этаж, добралась до конца коридора и разблокировала маленькую дверь, что находилась в левом углу, с помощью ключа-магнита. За этой дверью находилась небольшая кладовая, где хранилось всё необходимое для уборки: мётлы, пылесос, тряпки, ведра, моющие средства и подобная утварь. Так же оттуда можно было достать тележку, где удобно размещались все необходимые предметы.
Вместо того, чтобы носиться по всему этажу с ведрами и швабрами, их можно было катать и не сильно напрягаться при этом.
Геля выбрала все необходимое, сложила на тележку, одела фартук, взяла с собой резиновые перчатки, и направилась к неубранному номеру.
Из необходимого для подготовки номера, она только сняла старое пастельное бельё и отнесла его куда положено. В остальном же ей оставалось ещё:
1. Пропылесосить пол и ковры.