Когда королева не вышла — а скорее выбежала из спальни, обе герцогини вскочили на ноги, — и в ужасе увидели, каким багровым и исказившимся до неузнаваемости стало лицо ее величества.
Не говоря ни слова, Бланш устремилась к двери, и Инес де Луна побежала за ней. А Розамонда, едва оставшись одна, с не меньшей быстротой кинулась в свою спальню. Ужасное подозрение охватило девушку — что королева убила де Немюра!
…Но, к огромному облегчению Розамонды, герцог по-прежнему спал, и нежная улыбка озаряла его лицо.
20. Преступления герцога де Немюра
Выдумка Очо на счет лунатизма де Немюра была неплоха; но дело было в том, что Доминик уже знала о происшествии в спальне королевы и о покушении де Немюра на жизнь Рауля; и узнала девушка это от Очо. Карлик обманул королеву, когда сказал ей, что ходил к герцогине де Ноайль справляться о здоровье герцога. Вернее, он там был. Но сначала, сразу после того, как Розамонда и де Парди увели де Немюра, Очо отправился выяснять, отчего герцог так обезумел.
Карлика все во дворце знали, и всем было известно, что он — любимец королевы. А потому он мог беспрепятственно ходить по всему замку и спрашивать кого угодно и о чем угодно, и мало кто смел не отвечать ему.
Так, Очо порасспрашивал караульных — что потом сделал и Рауль де Ноайль — и узнал, что де Немюр был на третьем этаже, где обитали дамы ее величества.
Это было странно. К кому бы он мог туда ходить? Да еще посреди ночи? Очо поскреб подбородок. Почти все дамы королевы были глупыми вертушками, и все разговоры их сводились к нарядам и мужчинам. Значит, герцог приходил или к Доминик де Руссильон, или к Мадлен де Гризи.
К баронессе? «Вдруг он уже знает про нее и своего презренного кузена?» Нет, вряд ли. Тогда — тнеужели к рыжеволосой красавице Доминик? Это было больше похоже на правду. Но тут была какая-то тайна; и Очо страстно хотелось проникнуть в нее. И карлик направился на третий этаж к комнатам дам ее величества.
Карлик обожал тайны и секреты — и знал их предостаточно. Мало что ускользало от его проницательных темных глаз и чуткого слуха. Но знал этот маленький человечек и то, как опасны порой тайны, в которые ты посвящен. И поэтому Очо всегда старался: первое — держать рот на замке; второе — держать ушки на макушке; и третье — не принимать ничью сторону в тех интригах и заговорах, которыми кишел королевский дворец, и не вмешиваться в них. И поэтому-то Очо все еще был жив.
Он был предан Бланш, как собака, и готов для нее на все, — и она знала это. Но карлик был очень умной собакой — и видел насквозь свою прекрасную повелительницу. В ее душе, в ее поступках Очо читал как в открытой книге; и отнюдь не всегда они нравились ему. Он знал всех истинных врагов королевы, всех ее немногих, слишком немногих друзей. И старался как мог защитить ее от первых и сблизить ее со вторыми.
Но это не часто ему удавалось. Очо печально покачал головой. Его дорогая Бланш была страстной, слишком страстной женщиной. Даже будучи замужем за королем Франции, она умудрялась заводить себе любовников, большинство которых были глупы, развратны и жадны.
Карлик закрывал на это глаза; король Людовик часто бывал в отъездах — то в Святой Земле, то в Англии. А Бланш не могла и недели прожить без мужчины. В то же время королева была очень осторожна, и даже тень подозрения не касалась ее.
Да, она соблюдала осторожность — пока не влюбилась в своего кузена, де Немюра. Очо видел, как зарождалась ее страсть, как она вспыхнула, словно пожар, — и к чему это привело. Де Немюр нравился Очо; маленький уродец знал, что герцог — верный и преданный друг и короля Людовика, и его прекрасной жены, которую Робер знал с детских лет.
И вот эта пагубная любовь Бланш разрушила все. Всю чистую дружбу, все доверие. Эта любовь чуть не привела герцога на плаху, а саму Бланш не опозорила навек.
Карлик жалел королеву. Он не считал ее ни жестокой, ни развратной. Она была просто — женщиной. Ревнивой, чувственной, страстной.
Но де Немюра ему было жаль больше. И Очо все же нарушил свое правило — и вмешался. И он спас герцога, когда того схватили и отвезли по приказу королевы в замок Шинон. Это Очо послал де Брие в Англию за королем, а потом дал Людовику показания против своей монархини, рассказав первым, что на самом деле произошло в ту ночь в спальне королевы в замке Немюр-сюр-Сен.
И эти показания могли стоить Очо жизни, — королева не простила бы ему такую измену. А карлик ведь хотел только одного — чтобы Бланш была счастлива. Нет, не с де Немюром, — потому что герцог никогда бы не пошел на эту связь. Но с каким-нибудь другим мужчиной, достойным любви королевы Франции.