К Раулю тут же подошел владелец зала, черноглазый итальянец; он низко поклонился герцогу де Ноайлю и спросил его, не угодно ли монсеньору что-нибудь, и намерен ли монсеньор драться. Может быть, помочь герцогу выбрать достойного его противника?
— Нет, Орсини. Я выберу сам; ступайте. — Высокомерно отвечал Рауль. Он кивнул мужчинам, стоящим вдоль стен; несколько его приятелей подошли к нему и поприветствовали, и Рауль представил им своего пажа. Дом молча раскланялась с мужчинами; судя по выражениям их лиц, они ничего не заподозрили.
— Ступайте за мной, Шарль, — бросил ей герцог и двинулся вглубь зала, рассматривая дерущихся. Доминик последовала за ним.
— Одни и те же, одни и те же… — презрительно кривя губы, говорил Рауль. — Хоть бы одно новое лицо. Не с кем драться!.. А вы что скажете, мой милый Шарль? Подберите мне соперника по вашему вкусу, прошу вас!
Он оглянулся и улыбнулся ей.
Дом ответила ему улыбкой и начала всматриваться в тех, кто сражался. Внимание ее привлек мужчина просто гигантского роста, орудующий мечом с такой легкостью, словно в руках его была тростинка. Он дрался в самом дальнем углу зала и, пока они с Раулем дошли до него, уже успел легко справиться с двумя противниками.
— Вон тот великан, Рауль, — шепнула девушка.
Он усмехнулся:
— Неплохой выбор, дорогой Шарль! У вас острый глаз. Мне он тоже кажется подходящим… И я с ним незнаком. Настоящий Голиаф! — Он щелкнул пальцами, подзывая к себе Орсини. — Кто этот человек?
— Венгерский граф, ваша светлость. По-моему, очень опасный противник!
Рауль насмешливо приподнял бровь.
— Отлично! С ним я и сражусь!
— Одну минуту, монсеньор, — сказал Орсини и поспешил к великану. Тот выслушал итальянца, посмотрел на Рауля и кивнул головой. Герцог скинул колет на руки Доминик и вытащил меч.
— Будьте осторожны, — прошептала девушка. Венгр был на целых две головы выше Рауля, и она вдруг испугалась за жениха.
Орсини смерил мечи противников, накрутил на острие меча Рауля железный шар и взмахом руки разрешил им начинать. Многие в зале подошли поближе, — начинался явно интересный бой. Мужчины делали ставки. Дом слышала с гордостью, что на Рауля ставят гораздо больше.
Противники скрестили клинки. Венгр сразу бросился в атаку, яростно размахивая мечом. Рауль парировал, даже не сдвинувшись с места. Граф нанес новый удар, — и вновь Рауль отразил его, не отступив ни на шаг.
Доминик следила за боем, затаив дыхание и дрожа от возбуждения. Какое-то время поединок продолжался все так же; вдруг на лице герцога появилась холодная жестокая улыбка. Венгр заметил ее, заревел как бешеный бык — и опять сделал выпад прямо в грудь де Ноайлю… И тут Рауль отклонился в сторону, — и ударил графа в бок. Удар попал в цель, — венгр охнул, выронил свой меч и упал на колено. Вероятно, несмотря на предохраняющий шар, боль была нешуточная.
Орсини сразу подбежал к графу с помощником и поднял его.
Рауль, с мокрыми волосами и все с той же жестокой улыбкой, блестя светло-голубыми глазами, подошел к Доминик.
— Вам понравилось, Шарль? Давид победил Голиафа опять! — весело сказал он.
— О, Рауль, вы были неотразимы! Но, кажется, вы причинили бедняге боль…
— Ничего. Он же сюда не в кости пришел играть. Подождите меня, я пойду приведу себя в порядок, — и, взяв у Дом колет, герцог пошел к небольшой двери в середине зала, где находились умывальники.
Доминик осталась одна. Она все еще внутренне дрожала. Если бы и она могла сразиться с кем-нибудь! Но разве Рауль ей позволит?..
В этот момент в залу вошли трое совсем молодых людей, лет восемнадцати. Один из них, шествующий чуть впереди, с высокомерным выражением лица и темными глазами, одетый очень роскошно, с мечом в ножнах, усыпанных драгоценностями, показался Дом как-то смутно знакомым. Он был довольно красив; единственное, что сразу бросалось в глаза, были его очень оттопыренные большие уши.
Этот надменный юноша и его приятели шли, болтая и пересмеиваясь; вдруг, проходя мимо Доминик, молодой человек откровенно толкнул ее плечом и наступил ей на ногу, но не извинился и даже не поглядел в ее сторону. Его друзья насмешливо посмотрели на Дом и прошли также мимо. Девушка покраснела от гнева. Что этот щеголь о себе вообразил?
Она догнала его одним прыжком и схватила за плечо.
— Милостивый государь, — сказала она низким дрожащим от сдерживаемой злости голосом, — вы наступили мне на ногу и толкнули меня. Извольте извиниться!