Он лежал, растерянный и красный, не понимая, как какой-то юнец мог справиться с ним. Доминик слышала, как за ее спиной кто-то ахнул, как облегченно вздохнул Рауль…
И вдруг раздался чей-то детский звенящий голосок:
— Дядя! Не ваш ли это венецианский удар?
Дом оглянулась. В дверях зала стояли король Людовик и герцог де Немюр.
— Не тот ли это удар, который вы как раз собирались мне показать?
— Это он, сир, — отвечал Людовику де Немюр. — Удар, которому меня научил покойный Марко Анунцио и который, как я думал, известен только мне. Но, выходит, я ошибался. Этот юноша продемонстировал нам его во всей красе.
Король двинулся вперед; де Немюр следовал за ним. Все расступались перед его величеством и низко кланялись ему. Людовик был уже в нескольких шагах от Доминик, и девушка вдруг с ужасом подумала, что ей придется снять берет перед королем… И тогда все увидят, кто она на самом деле! Деваться, однако, было некуда, — мужчина не может не обнажить голову перед своим государем. Она уже взялась за свой головной убор, но де Немюр неожиданно помог ей, сказав:
— Нет, нет, молодой человек, не снимайте ваш берет. Его величество здесь как частное лицо, а не как король.
— Да, — величаво наклонив голову, подтвердил мальчик. — Можно сказать, что я просто сбежал из дворца с герцогом де Немюром. Завтра я еду в Реймс с моей матушкой; это будет отнюдь не увеселительная поездка, вот мне и захотелось прийти сюда… Кстати, дядя, — обернулся он к де Немюру, — вы по-прежнему не хотите поехать с нами? Наша матушка была бы очень рада, и мы тоже.
— Простите, сир, но нет, — отвечал герцог, — возможно, я буду нужен здесь… кое-кому.
При этом взгляд его светлых глаз на мгновение остановился на Дом. Ее сердце забилось быстрее. Неужели он узнал ее? Быть не может! Но тут Людовик обратился к ней:
— Как ваше имя, молодой человек?
— Ваше величество, меня зовут Шарль де Гриссак, — с низким поклоном ответила она. — Я — паж герцога де Ноайля.
Мальчик кивнул и слегка наморщил лоб.
— Гриссак?.. Вы с юга Франции, не так ли?
— Это фамилия дворян из Прованса, — подтвердил де Немюр.
— А скажите нам, господин де Гриссак, — продолжал король, — откуда вам известен удар венецианца Марко Анунцио? Кто вас ему научил?
Но де Немюр вмешался опять:
— Ваше величество, возможно, это не совсем тот удар. Господин де Гриссак нанес его не в плечо, а в грудь графу де Сю. Возможно, мой венецианский и его удар просто очень похожи. В любом случае — юноша куда лучше смог продемонстрировать его вам. Ведь у него две руки, а у меня одна не действует.
Король снова кивнул.
— Будем считать, что так и есть, дядя. Удар великолепен, и я обязательно научусь ему! Но, раз уж мы пришли сюда… Я хотел бы взглянуть на какой-нибудь поединок. А потом, возможно, и сам поупражняюсь. Герцог де Немюр! Не откажите мне в любезности. Выберите себе противника по вашему вкусу, и сразитесь с ним! Только, ради Бога, без этих шаров. Острыми мечами, как в настоящем бою!
— Как вам будет угодно, сир, — сказал де Немюр, поклонившись мальчику.
Его серые глаза быстро обежали присутствующих. Рауль сделал шаг вперед.
— Выберите меня, кузен, — сказал он. — Сойдемся с вами один на один, в честном поединке!
Де Немюр холодно посмотрел на него.
— Один на один? В ЧЕСТНОМ поединке? Герцог де Ноайль, право, когда я слышу такое из ваших уст, мне кажется, что либо я схожу с ума, либо вы бредите!
Рауль отступил, побледнев от бешенства. Доминик почувствовала, как и ее охватывает ярость. Как смеет этот мерзавец оскорблять так её Рауля? А де Немюр продолжал:
— Нет, кузен. С вами я драться не буду. А вот с вашим пажом — с удовольствием! Весьма талантливый юноша. Кажется, он далеко пойдет! — И он посмотрел на Дом. — Вы принимаете мой вызов, господин де Гриссак?
— Да, монсеньор, — сказала девушка, дрожа от злобы.
Рауль бросил на нее предостерегающий взгляд, но она сделала вид, что не заметила этого. Она сможет отомстить за оскорбление, которое этот проклятый де Немюр нанес ее жениху!
Орсини принес королю стул. Остальные мужчины расположились кругом, чтобы наблюдать за поединком. Людовик воскликнул — глаза его горели мальчишеским восторгом:
— Ставлю сто ливров на герцога де Немюра!
Дом слышала, как делают ставки. Никто не верил в ее победу. Но вдруг Рауль громко произнес:
— А я — пятьсот ливров — на моего пажа!
Доминик улыбнулась жениху. Он был рядом, и она почувствовала, как уверенность и боевой задор ее удваиваются. Неужели де Немюр непобедим?.. Таких людей не бывает!