— Куда вы меня везете? — спросила Доминик, приступая к осуществлению задуманного, энергично работая запястьями и потихоньку ослабляя веревку.
— В то место, где вы будете в полной безопасности, мадам, — ответил громила.
— И вы думаете, что у меня нет друзей? Родственников, которые начнут совсем скоро искать меня? Мой жених… — голос ее сорвался, — мой жених найдет меня, куда бы вы меня не увезли. И, знайте, — тогда вам всем не поздоровится — и вам двоим, и вашему гнусному хозяину!
— А с чего вы взяли, что у нас есть хозяин? — с интересом спросил верзила.
— Потому что ваш мерзкий приятель-мавр сказал про хозяина. И потому что я прекрасно знаю, кто вас нанял. И мой жених, Рауль де Ноайль, тоже об этом догадается, и очень скоро! Это — герцог де Немюр!
Она думала, что бандит как-то выдаст себя, услышав это имя; но голос его не дрогнул и прозвучал совершенно спокойно:
— Де Немюр? Впервые слышу о таком, мадам! — и добавил: — А вы знаете испанский, не так ли? Потому что Исмаил не говорит по-французски, хотя и все понимает!
Доминик было все равно, что она выдала свое знание испанского. Она сжала зубы. Веревка постепенно поддавалась. Она уже расширилась настолько, что, при желании, девушка могла освободить запястья. Да, она освободит их — и попытается спрыгнуть с лошади! Она не очень представляла, что будет делать дальше, даже и с не связанными руками. Но, быть может, на дороге окажутся люди, которые помогут ей, защитят от ее гнусных похитителей?..
И тут раздался голос Исмаила, по-прежнему едущего впереди, — он крикнул по-испански:
— Гастон! Хозяин едет! — И конь мавра перешел на легкий галоп.
Хозяин! Де Немюр!.. Доминик услышала впереди приближающийся дробный топот копыт. Да, кто-то скакал рысью им навстречу! Отчаянье и ужас овладели девушкой. Времени на раздумья не оставалось. Она изо всех сил лягнула своего похитителя пятками ниже колена. Он вскрикнул от боли и выпустил пленницу, а она резким рывком освободила от веревки руки и спрыгнула с лошади почти на полном скаку.
Ей повезло — она оказалась в высокой траве, смягчившей падение; и ей не повезло — трава эта росла на краю обрыва, и упавшая Доминик, все еще закутанная в вуаль и ничего не видящая, покатилась прямо к нему. Девушка попыталась хоть за что-то ухватиться, — но было поздно… мгновение, — и она уже летела вниз с высоты не менее пяти туазов.
Кажется, мысль о том, что сейчас она разобьется насмерть, если внизу — твердая земля или камни, все-таки успела промелькнуть у Доминик, пока она летела вниз… и тут она оказалась в воде, причем сразу ушла на самое дно. Ноги девушки ощутили его илистую вязкую поверхность; Дом стянула с себя вуаль, оттолкнулась и начала медленно всплывать наверх, ощутив несказанную радость оттого, что может вновь видеть.
Всплыть оказалось, однако, не просто; ее платье, которое и сухое-то было нелегким, пропитавшись водой, стало тяжелым, как будто сделанным из свинца. К тому же, вынырнув на поверхность, жадно заглотив воздух и попытавшись плыть, девушка вдруг поняла, что шлейф за что-то внизу зацепился, — возможно, под водой была какая-то коряга.
Доминик судорожно начала дергать за него, пытаясь порвать или отцепить; но ткань была слишком прочна, и освободиться девушке не удавалось. Она истратила на эти тщетные попытки все свои силы; ей казалось теперь, что все, что на ней надето, неудержимо тянет ее вниз, — и тяжелое атласное платье, и рубиновое колье, и даже серьги в ушах. Кто-то внизу, было такое чувство, дергал за шлейф, как за веревку, и тащил девушку туда, на дно. Ах, если бы Доминик была нагая, — она, плававшая как рыба, уже давно была бы далеко! А сейчас она барахталась на одном месте, теряя остатки сил.
Дом ушла под воду. Вынырнула, глотнув воды, вновь. Успела, все-таки, расстегнуть колье, которое алой змейкой поплыло в темную мутную глубину. Платье стало совсем каменным. Девушка с ужасом поняла, что тонет. Она бросила последний взор на обрывистый берег, с которого упала в воду, — и увидела там мавра и бандита со шрамом. И еще на самом краю обрыва стоял человек в белом и в белой полумаске. В руке он сжимал кинжал. Доминик уже стала уходить под воду, когда этот человек взмахнул руками и ласточкой прыгнул с обрыва вниз головой.