Постепенно, один за другим, сделав свою работу, чинджи отрывались от мисок и выпрямлялись. И чинджа Джека тоже неожиданно перестало тошнить. Немного скованно странное существо распрямилось, и его глаза оказались почти вровень с глазами Джека. Чиндж провел краем крыла по губам.
— Вот, — сказал он, и его большие темные глаза сверкнули. Его пушистое тельце сильно похудело, он обхватил себя кожистыми крыльями, словно хотел согреться. — Приятного аппетита, сэр, — сказал он.
— О, — смущенно произнес Джек, поняв все. — А-а-а… спасибо.
Чиндж улыбнулся, расправил крылья и был готов взлететь, но помедлил. Он украдкой посмотрел в одну сторону, в другую, а потом поманил к себе Джека крохотной лапкой. Джек наклонился ближе, чтобы послушать, что ему скажет это маленькое существо.
— Нам не полагается знать о таких вещах, — сказал чиндж довольно громко — ведь ему нужно было постараться перекричать царивший в столовой гам, — но при этом заговорщицки. — Но сугубо между нами, сэр, я думаю, ваши дела идут совсем неплохо. — Он радостно улыбнулся Джеку. — Думаю, на этот раз вы будете участвовать в играх! Разве это не замечательно?
— Да? — недоуменно сказал Джек.
— Вам очень-очень повезло, юноша, — подбодрил его чиндж. — Я надеюсь, все у вас будет хорошо. А вы уже свое прошение продумали?
— Мое — что?
— Ваше прошение. О той милости, которую вы желаете просить у императора. Ну, понимаете, — сказал чиндж, радостно сверкая большими глазами, — если вы победите!
— О, — сказал Джек. — Ну да. Конечно.
— Желаю вам большой удачи, сэр! — пискнул чиндж.
— Спасибо, — ответил Джек.
— И еще я хотел сказать, что вы очень вкусный, — добавил чиндж, смущенно рисуя на столе круги краешком крыла и глядя на Джека исподлобья. — Я очень надеюсь, что мы вскоре встретимся вновь.
— Конечно, — сказал Джек. — Я тоже на это надеюсь, пожалуй.
— Ну, мне пора, — сказал чиндж, расправил крылья и встряхнулся. — До свидания — и удачи!
— Спасибо, — ответил Джек. — До встречи.
Но чиндж уже взмыл в воздух и устремился к потолку. В следующую секунду он исчез из виду.
Руки Джека (и большая часть его тела) по-прежнему были скованы превратившимся в липкое желе стулом. Оглядевшись по сторонам, он заметил, что точно так же были обездвижены и все остальные гладиаторы. Стулья, на которых сидели гигантский осьминог и чудище-бланманже, с трудом удерживали своих подопечных, чересчур энергично рвавшихся к своим мискам. Но тут снова раздался громкий звук гонга.
Руки Джека освободились.
Как только все гладиаторы принялись жадно поглощать свой обед, все крики, лай и визг сразу же прекратились. В огромном зале воцарилась странная, пугающая тишина.
Джек посмотрел по сторонам.
Инанна схватила миску обеими здоровенными ручищами и большими глотками пила ее содержимое. Большущий кадык на ее могучей синей шее ходил вверх и вниз. Головы Шаргла толкались, шипели, а как только одной из них удавалось пробиться к миске, раздавалось чавканье и бульканье. Но вот Джек перевел взгляд на то, что стояло на столе перед ним, — на свою миску. На миску с тем, что туда выплюнул чиндж.
Он смотрел на странную розоватую жижу, на тонкие струйки пара, поднимавшиеся из глубины, и с ужасом поймал себя на том, что у него урчит в животе. Он решился и взял миску обеими руками.
Она оказалась теплой.
От нее исходил сладковатый молочный запах.
Джек задержал дыхание, поднес миску к губам… и сделал первый глоток.
По спине у него побежали мурашки. К отвращению присоединилось что-то еще.
Удовольствие.
Содержимое миски оказалось невероятно вкусным. Оно было похоже на суп из цветной капусты, только слаще. Чем-то этот вкус напоминал молоко, в которое добавили немного кокоса, но намного гуще молока — скорее это было пюре, чем жидкость. Джек сделал глоток, другой, еще один. Мучнистое, гладкое пюре обволокло его язык, крошечные крупинки прилипли к его зубам.
Он пил рвотные массы. Часть его сознания это знала. Очень большая часть. Но пюре было теплым и питательным, и от него Джеку становилось лучше — ему уже давно не было так хорошо. Он делал глоток за глотком, и у него внутри распространялось тепло, и все тело приятно покалывало. Он сам не заметил, как наклонил миску, чтобы сделать еще хоть несколько глотков, и стал трясти ее, чтобы в рот попали последние капельки. А когда ни одной не осталось, Джек об этом очень пожалел. Ему бы очень хотелось поесть еще.
Но тут вдруг снова зазвучал гонг.
— Прошу тишины, — нараспев произнес зычный голос. — Надзиратель ям, несокрушимый, великий и ужасный… лорд Слинт!
Что-то огромное и тяжелое зашевелилось посреди большого костра в центре зала. Фонтаном посыпались искры. Зал озарился неземным светом. Джек поднял голову и посмотрел наверх. Высоко на стене, между двумя галереями появилось круглое пятно света, а за ним — туннель. Свет, исходивший из туннеля, был ослепительно ярким, но он исчез так же внезапно, как появился: его заслонило продолговатое тело огромной летучей акулы. Она покинула туннель и повисла в воздухе.
— Трепещите, просители, — возвестил Гукумат. — Сейчас вы узнаете, кто из вас встретит свою судьбу на завтрашних играх и что это будет за судьба.
Гигантская акула величаво облетела зал по кругу — над головами демонов, собравшихся на одной из галерей, и ее полет был встречен восторженными охами и ахами. Клейкое желе снова облепило Джека, и в этот самый момент он заметил, что акула не одна.
Сначала ему показалось, будто она летает, окруженная чем-то вроде золотистого облака. Акула лениво кружила над залом, постепенно снижаясь, и Джек разглядел, что облако представляет собой стаю крошечных существ, немного похожих на рыбок. Чем-то они напоминали рыб-ангелов — такие же странные, плоские, почти треугольные, с такими же длинными изящными усиками, раскачивающимися вверх и вниз. Рыбки были очень красиво раскрашены. Вертикальные лаково-черные полоски чередовались с золотыми, они сверкали и переливались в свете костра, и вскоре на каменных стенах зала столовой заплясали «зайчики», похожие на те, которые отбрасывает зеркальный шар. Наверное, рыбок были сотни. Они блестели, мерцали, рассекая воздух и повторяя каждое движение своего господина, окружая его золотым ореолом. И еще Джек заметил: каждая из рыбок держала во рту какой-то предмет.
Дзынь!
Что-то упало в миску одного из гладиаторов, сидевшего за столом вместе с Джеком, но довольно далеко от него.
Дзынь!
Еще один серебристый кружочек сверкнул в воздухе и упал в миску черного богомола. В следующее мгновение кружочки начали со звоном падать в миски по всей столовой, как первые капли странного, звенящего дождя. Демоны-зрители на галереях радостно завыли и завопили.
— Кто тебе достался, Кват? Кто тебе достался? — в унисон заныли обе головы Шаргла.
Богомол щелкнул блестящими черными челюстями и протянул одну из пугающе больших лап к миске. Из миски он вынул маленький блестящий кружочек, в центре которого было написано какое-то слово. Такого слова Джек прежде никогда не видел. В первую секунду оно проплыло перед его глазами, а потом превратилось в нечто похожее на имя. Что-то вроде…
— Сватог? — гаркнул Шаргл, — Сватог? Ха-а-а! Так он из тебя котлету сделает!
— Чушь! — решительно возразила порция розового бланманже, — Кват не хлюпик какой-нибудь. Он себя покажет, правда, Кват?
Кружочки, похожие на монетки, теперь падали сверху настоящим дождем, воздух в громадной столовой наполнился их звоном. Акула продолжала кружить в вышине, гладиаторы снова громко загомонили. К радости Джека, в его миску монетка пока не упала. Он бросил взгляд на Инанну и испытал большое удивление.