- Екатерина, что вы тут делаете? - его взгляд прожигал насквозь. Казалось, он хотел выведать самые потаенные ее намерения.
- Я...я забыла личные вещи. Вот...и пришла за ними, - заикаясь сказала она.
- Забыли вещи в палате пациента? - взгляд врача становился все более хмурым и строгим.
- Нет...в комнате медсестер. А сюда я зашла, чтобы проведать пациента. Полицейский меня попросил накануне докладывать обо всем, что будет с ним происходить. Вот я и подумала... - мямлила она.
- Для этого есть врачи - чтобы общаться с правоохранительными органами. А ваша работа заключается в другом, - сказал он, строго глядя на нее.
- Я поняла...да...извиняюсь.
Она все ждала, когда он освободит проход, чтобы выскочить в коридор, но он стоял там же, как и прежде и, видимо, ждал, что она выпорхнет в окно. Пара секунд молчания, и вот она, не церемонясь, толкает его и направляется к выходу.
Врач был в таком ступоре, что не смог что-либо сказать ей в след. Поэтому он еще долго стоял там, не в силах найти причину такого странного поведения своей сотрудницы.
По улице она бежала, не видя ничего вокруг. Надо было что-то делать с ним, но все варианты отметались сразу же. Если сдать его полиции, то его посадят. Но до выхода из комы он будет находится в больнице. А если он не выйдет из комы? Что тогда?
С этими мыслями она забежала в свою маленькую квартирку, быстро сняла с себя всю одежду и включила душ. Встав под мощную струю воды, она опять думать, что же предпринять. Даже если он очнется, то будет жив и здоров. Под охраной. Никто и ничто не сможет навредить ему. Ее не устраивал такой вариант. Постепенно в ее голову начали закрадываться мрачные мысли, которых она бы испугалась в другое время. Но только не сейчас. Ей надо обдумать все как можно тщательнее. И она решила, что завтра, на своей дневной смене, под предлогом обхода пациентов, она посмотрит, что можно будет сделать с ним.
Эта мысль успокоила ее. Она даже съела целую пачку своего любимого печенья без всякого зазрения совести. А затем залпом выпила три чашки кофе. Засыпая, она поймала себя на мысли, что, возможно, в первый раз за долгое время она не противится идти на работу.
Она сразу поняла, что это сон. Так как запомнила этот парк таким, каким он был тогда, когда все это произошло. Сейчас там все иначе. Она знала, что, идет мимо людного сквера, где гуляют с детьми и собаками с утра до вечера. Но дальше начинается черная тропа в лес, по которой можно идти довольно долго и не встретить человека. На это тропе тот мужчина и встретил ее. Сначала она не понимала, что происходит, потом ее одолел такой страх, что она мысленно попрощалась уже со всеми родными и знакомыми, вспомнила, что ей всего двадцать два, и никогда не хотела она уходить так рано.
Все что было потом, она помнит смутно. Как будто память, пытаясь спасти ее психику, стерла почти все, что с ней произошло под той маленькой елью недалеко от тропинки. Сделав все, что хотел, он оставил ее лежать там. Полуголая, со следами побоев, она не в силах была встать, как и не в силах была даже расплакаться.
Позже, когда некоторые узнали об этом случае, к ней подошел один парень и спросил, злобно скалясь, мол, чего это она сама не повалила его. Ведь она такая огромная, здоровее многих мужиков - могла бы дать ему отпор. Когда это услышала, она не могла сказать и слова. И после этого, придя домой, она впервые осознала ужас всего произошедшего с ней. Расплакалась и хотела выпить целую упаковку разных пилюль. Но не хотела оставлять мать одну, со всеми проблемами.
Это случилось год назад, а того урода так и не нашли. Первые полгода она ходила, постоянно оглядываясь и просила одного парня с работы, который только устроился в больницу врачом, провожать ее. Несмотря на то, что соглашался он всегда не охотно, да и поступок его вызывал только насмешки со стороны его коллег, она все же подходила к нему и просила снова до тех пор, когда он в один день категорично не отказал ей и просил больше его ни о чем не просить.
Она помнила, как пришла после той смены и периодически плакала, выкидывая из окна все, благодаря чему, как ей казалось, она стала толстой. В тот день она ненавидела себя больше всего. Даже разрезала ножницами свое единственное любимое платье, чтобы был стимул «сбросить жир», как она это называла. Ведь ей всегда казалось, что окружающие насмехаются над ней, а тот парень отказался даже идти с ней рядом, только потому что у нее лишний вес.
Мать никогда не напоминала ей о случившемся. Но звонив сегодня с утра, она беспокоилась за свою дочь, мысленно вспоминая именно тот случай в парке.
Пришлось ей смириться со всем этим и быть толстой, никому не нужной и изнасилованной каким-то мужиком. Но она не даст другим страдать. Если будет возможность, она сделает все, чтобы наказать любого урода, который решит позариться на девушек.