— Это не так. Я тебе говорил.
— Да, я слышала, во что ты веришь. Но я не разделяю твою веру. Особенно когда пришел положительный анализ спермы. Престон, убийца наверняка кто-то из клуба, или из тех клубов, где ты был гостем. Как еще можно достать образец твоей спермы?
— Образец? О чем ты, черт побери, говоришь?
— В общем, я уже размышляла на эту тему. Если у тебя не было ни с кем секса, а тем более с Беккой в ночь убийства, получается, что все уже давно спланировано. В каком-то смысле у тебя был секс с этим человеком, и этот человек сохранил твою сперму. Если заморозить ее при нужной температуре, она надолго сохранит свои свойства. Вот так и было произведено искусственное осеменение. Мы с Ником тоже заморозили его сперму. Он был намного старше меня, и в тот момент я не была готова рожать детей, а он очень хотел. Вот мы и решились на такой шаг. К сожалению, я знаю больше об этом процессе, чем хотелось бы.
— Кто такой Ник? — Когда Престон произнес имя моего супруга, в глазах читалась ярость. Но эта ярость вызвала мурашки по всему моему телу.
— Мой муж. Он умер пять лет назад, — отвечаю я ему и не отвожу взгляда от яростного лица.
Сначала Престон смотрит на меня безмолвно. А потом берет за руку и мягко произносит:
— Камии…
— Стоп. Не надо. Мы здесь не для этого, — я вырываю руку. — Мне нужен список всех твоих сексуальных партнерш. Их придется вовлечь.
Он мотает головой.
— Камии, я не имею представления. В таких клубах не обмениваются именами. Просто взгляд, улыбка, трах, — пожимает он плечами, и даже не извиняется.
— Ладно. А кто-нибудь знал тебя? Деловая этика есть в любом из этих клубов?
— Без понятия. Когда я бывал в других клубах, я не надевал маску, и, возможно, там меня могут узнать. Но я и не афишировал свою личность.
— Престон, я пытаюсь помочь тебе, но мне нужно больше отдачи от тебя. В твоем клубе были женщины, с которыми ты спал до этого?
— Да.
— Мне нужны их имена.
— Я сказал нет, — процедил он сквозь сжатые челюсти.
— Ладно! Тогда ты сгниешь в тюрьме. Я не смогу тебе помочь, — крикнула я ему. Развернулась и села за свой стол.
— Должен быть другой выход. А как же брат Ким? Прошлой ночью я нашел его. Он здесь, в Окланде.
Престон протягивает мне лист бумаги с именем и адресом. Я делаю паузу, чтобы просчитать последующие наши возможности.
— Хорошо. Ты говоришь, что Ким совершила самоубийство после вашего совместного посещения нескольких клубов?
— Да. Но их было больше, чем несколько. Мне казалось, что ей нравится, до тех пор, пока она не прыгнула с моста.
— Стоп. Она прыгнула с моста? Какого моста?
Он опустил свой взгляд и пристыжено ответил:
— Золотые Ворота.
— И ты назвал свой клуб «Бридж» (Прим. пер.: Bridge — с англ. мост)? Зачем?
— Это не больше, чем просто совпадение, — отвечает Престон без эмоций.
Ух ты! Это даже больше, чем он думает. Он сам себя этим пытает. Похоже, он сам себя наказывает за ее смерть. Зачем бы еще он называть так клуб? Не хочу расспрашивать его о смерти жены и поэтому продолжаю:
— Они с братом были близки? Она могла рассказать ему об этих посещениях?
— Возможно. Тревор приходил к нам несколько раз перед ее смертью. И теперь я размышляю над этим.
— Ты слышал о нем после похорон?
— Нет, не слышал. Он даже не пришел на них. Все пришли, кроме него.
— Подведем итог: он, вероятно, знал причину самоубийства. Это дает повод подставить тебя. Мне нужно исследовать такую версию.
Встаю, чтобы проводить Престона из комнаты. Он понимает меня без слов и сам встает и идет к двери. Но вместо того, чтобы выйти, он захлопывает дверь перед моим носом и поворачивается ко мне.
— Я не могу уйти, Камии. Я говорил тебе — ты нужна мне. — Он запускает руки мне в волосы и притягивает к себе. Я наклоняюсь к нему без промедления. И только теперь, когда мы крепко обнимаемся, я понимаю, как сильно мне не хватало его тела. — Позволь мне быть в тебе. — Его губы опускаются на мои, а я ничего не успеваю сказать.
Я не могу этому противостоять. Его рот обрушивается на мой, и я принимаю поцелуй Престона, тем самым давая разрешение взять меня, как ему захочется. Слышу его низкий рык, Престон углубляет наш поцелуй: он понял. Я даже не успеваю ничего осознать, как моя спина оказывается прижатой к Престону, а юбка поднята до талии. Его пальцы четко нашли мою точку желания. От этого все мое благоразумие растворилось. А когда пальцы начали кружить вокруг клитора, все напряжение этих нескольких дней улетучилось, будто его унесло ветром.
От теплого шепота мужчины я чувствую тепло внутри себя:
— Ты делаешь мой мир лучше. С тех пор как я встретил тебя, моя боль прошла. И сейчас происходит то же самое.
Я согласна с ним на сто процентов. С момента смерти Бекки вся жизнь пошла кувырком. А когда Престон коснулся меня, я снова могу дышать.
Его палец теребит мой вход, прежде чем проникнуть внутрь. Он входит не до конца один раз, два, а на третий раз добавляется еще один, чтобы растянуть меня сильнее.
— Уже влажная для меня? Я возьму тебя сейчас. Можешь быть тихой? Твой ассистент прямо за этой стеной.
Я могу только кивать. Не могу произнести ни слова. Я хочу сказать да, но не могу. Мысль, что кто-то будет находиться за стеной, пока меня будут трахать, возбуждает еще сильнее.
Я чувствую, как Престон улыбается:
— Тебе это нравится, да? Плохая девочка.
Я киваю, а он жестко входит в меня. Глубоко. Удерживает за бедра и не шевелится.
— Теперь я буду двигаться в тебе. Я хочу довести тебя до полуобморочного состояния. Ты захочешь кричать мое имя, но будет нельзя.
Кусаю губу, снова кивая, даю ему немое согласие на все и знаю, что буду наслаждаться каждой секундой.
Его тело врезается в меня и отступает, я прижата к стене, а мысли сосредоточены на том, чтобы не проронить ни звука. Престон берет мои руки, кладет на стену и накрывает их своими ладонями, тем самым полностью контролируя мои движения. Его член во мне, но Престон не дает мне шевелиться и это сводит с ума.
Я стараюсь подмахивать ягодицами, чтобы было хоть какое-нибудь движение, но он снова шепчет мне на ухо:
— Нет, нельзя. Тебе нельзя двигаться. И тебе это нравится, правда? Нравится, что мой член глубоко в тебе, и стоит мне только продвинуться на дюйм, ты кончишь?
От этих слов из меня вырывается низкий рык. Тогда Престон перехватывает обе мои руки одной, а другой накрывает мой рот.
— Ты должна вести себя тихо. Я дам тебе то, что нужно. Что ты хочешь. Всегда. Запомни.
И он дал. Он действительно продвинулся буквально на дюйм, и я взорвалась. Моя киска жестко и крепко держала его член в своих тисках. Рука Престона зажимает сильнее мой рот, так как я не могу себя сдерживать. Через секунду он присоединяется ко мне.
— Я нужен тебе так же, как и ты мне. Не отталкивай меня больше. Пожалуйста.
Глава 17
Камии
GPS направляет меня в Окленд. Я еду искать Тревора по адресу, который дал Престон. В Окленде живут как и очень хорошие соседи, так и очень плохие. К несчастью для меня, Тревор выбрал место жительства с плохими соседями.
Когда я искала его дом, я подготавливала себя к худшему. Дом был заброшен. На крыльцо было опасно даже наступать. Некоторые ступени полностью сгнили, не говоря уже об облезлой краске на других. Слава богу, поблизости нет никого.
Когда я сказала Престону, что собираюсь ехать искать Тревора, он попросил меня взять с собой парочку помощников юриста. Причем мужчин. Но я не согласилась. Я была лучшей, так как именно я провела все расследование. В этом деле есть маленькие несостыковки и на чей-то взгляд они могут показаться незначительными. Но благодаря именно этим деталям, я собираюсь доказать невиновность Престона.