Я закрыла глаза руками, пытаясь хоть немного скрыть свое отчаяние. А затем чуть успокоившись, я выровняла дыхание и задала прямой вопрос Марку:
— Что вы хотите сделать?
— Я хочу проверить успела ли ты привязать Германа к себе или нет, – он говорил с доброй улыбкой на лице, будто мы просто обсуждали погоду. – Если да, то он сам придет ко мне. Если нет, то уж не обессудь, для тебя это станет уроком.
— Если вы так уверены, что он меня просто использовал, тогда почему не взяли в заложники более ценного человека? – мой тон стал ледяным.
— О, а ты включаешься понемногу. Намекаешь на Кита?
Я кивнула.
— Ла-адно, так и быть, признаюсь, – он подсел еще ближе, словно собираясь сообщить какую-нибудь сплетню, а я почувствовала, как Элвис сильнее сжал мое плечо. – Я сделал ставку именно на тебя. Я верю в тебя, Индиго. Верю, что ты не пустая ветренная девица, а девушка, способная разжечь огонь в сердце мужчины. Даже такого черствого как Герман. Есть в тебе что-то, понимаешь? Я увидел это в первый же день. И я не зря называю тебя Индиго.
Я молча смотрела ему в глаза.
— Дети Индиго – это не только одаренные социопаты, боящиеся общества и не находящие в нем место. Замкнутые, молчаливые, живущие в своих собственных мирах – нет. Они не обязательно должны обладать ясновидением или телекинезом, хотя талант в тебе, конечно, есть. Но вот что в них обязательно — это дух противоречия. Если сотни человек пойдут в одну сторону, Индиго пойдут в другую. Им чужда сама мысль быть в системе. Даже если эта система — дорогой и любящий их человек. Они пойдут против него, просто потому что они созданы для того, чтобы выпадать из общего строя. Индиго — ошибка матрицы. И я убедился в этом, следя за каждым твоим заданием и за твоим поведением в целом. Я давал тебе все разное и видел, как нестандартно ты мыслишь. Поэтому, как бы сильно ты не обиделась сейчас на Германа, в тебе снова сработает твое природное противоречие, и ты просто простишь своего мужчину. Сразу же. Он это знает. И поэтому только ради тебя он придет ко мне. Ты будешь его мотивашкой.
Я напряжённо обдумывала свое положение. Что же на основании этого всего я могу сделать? И тут мне на ум пришла слабая робкая идея. Она была настолько безнадежной, что я не осмелилась бы на нее ни в каком другом случае, кроме этого.
— А что, если это все же не Герман? — я с вызовом подняла голову.
— Ай, как интересно, — Марк снова уселся поудобнее и подпер кулаком подбородок. — Давай послушаем твою версию. Чья же это идея?
— Моя, — отчаяние уже граничило у меня с истерикой, поэтому выразить совершенно безумное выражение лица мне ничего не стоило. — Как вам такое «нестандартное мышление»?
— Индиго, это не ты, — отмахнулся Марк, но недостаточно уверенно как мне показалось. — Ты бы никогда...
Я надменно пожала плечами:
— Думайте как хотите, — отрезала я. — Но знайте, что никто за мной не придет. Вам нужен не Герман, а я.
— Ты сошла с ума? — губы Марка растянулись в улыбке, но глаза оставались серьезными.
— Сами подумайте. Уговорить Германа и Вика мне ничего не стоило. Мне было достаточно щёлкнуть пальцами и эти двое сделали бы для меня невозможное. Ну а Кит был только рад. Ведь ему ничего не пришлось делать. Всю ответственность он передал нам, а сам был как бы не при делах и чист перед вами.
— Это не ты, — Марк задумчиво покачал головой, но уже ни в чем не был уверен.
— Элвис, — Марк резко встал и указал альбиносу взглядом на кровать. — Вколи-ка ей снотворное. Пусть наша гостья отдохнет.
Элвис схватил меня за руку и поволок к кровати. Теперь меня накрыла настоящая паника. Если меня сейчас усыпят, я уже точно никак не смогу помочь.
— Нет! — кричала я, пытаясь вырвать руку, но альбинос подхватил меня и забросил на плечо.
— Отпусти! — я колотила Элвиса кулаками по спине и даже удалось один раз врезать ему коленом по носу, но он уже донес меня и сбросил на мягкое покрывало.
— Элвис, прошу тебя! Помоги мне!
— Прости, тяночка, — он уселся на меня сверху, зажимая мои руки своими ногами и достал шприц. – Не бойся с тобой все будет хорошо.
— Марк! — я решила бросить последнюю жалкую попытку. — Грёбаный ты урод!
— Индиго! — отозвался он со своего места. — Ещё одно ругательство и Элвис вколет тебе снотворное в глаз.
Марк отвернулся, не желая видеть иголку даже издалека. Он содрогнулся от одной мысли собственной угрозы, и выдохнул через рот, подавляя неприятную дрожь от своей фобии.
Элвис приподнял рукав моей футболки и мягко воткнул иголку мне в плечо.