Барсегян объявил роте тревогу и коротко поставил задачу командирам взводов:
— Следуем в кишлак. Наше дело вытащить разведчиков и вернуться. По машинам!
Бэтээры быстро выехали на дорогу и направились в кишлак на максимально возможной скорости. За поворотом дорога пошла по краю горы над обрывом, оставив кишлак справа внизу. Колонна двигалась вдоль кишлака по открытому пространству. Узкая колея дороги, то и дело ныряя вниз, вверх и петляя по горе, не давала возможности развить скорость, вынуждая двигаться крайне медленно.
Тем временем в наушниках слышалась стрельба и голос:
— Первый, у нас всего шесть снарядов осталось, духи со всех сторон лезут. Экипажи в круговой обороне. С дороги сойти не могу, мешают подбитые машины, несем потери!
— Я Первый, держитесь, помощь близко!
До места боя действительно оставалось не так уже и далеко, немногим более километра. Но такая езда делала ситуацию почти бесконтрольной, лишая возможности быстро прийти на помощь разведчикам. Стрельба слышалась теперь уже и без наушников. В одном месте, где склон горы был наиболее пологим, Барсегян приказал взводу Андрея съехать с дороги и следовать выше по склону в сторону боя, а дальше действовать по обстановке. Остальные три взвода продолжили движение по дороге, которая, сделав поворот, круто устремилась вниз и пошла по окраине кишлака.
Выбравшись с дороги, они поехали по склону горы. Место боя было совсем недалеко. Андрей уже видел духов, атакующих разведчиков с горы и со стороны кишлака, который в этом месте был гораздо шире, чем в начале. Он скомандовал по рации:
— Птица-два, Птица-три! Рассредоточиться в линию и огонь!
Два бэтээра, следовавших за ними, сразу нагнали их и заняли места по бокам, ведя на ходу пулеметный огонь, стараясь согнать духов с их позиций. Но духи и не думали отступать. Пришлось остановиться, поскольку склон горы обрывался. Дальше можно было пройти только пешком.
— Пехота, наружу! — скомандовал он. — Птица-два, обходи слева по верху, Птица-три, выдвигайся на край обрыва, не давай духам менять позицию и подойти к обрыву из кишлака!
Он видел, как по дороге к месту боя подходили остальные бэтээры, высаживая по пути пехоту.
Сам он, сняв шлемофон, обратился к бойцам, сидящим в его бэтээре:
— Джин, давай в третье отделение, стреляй по пулеметчикам, остальные со мной, вниз по обрыву!
Они покинули БТР, и под прикрытием пулеметов перебежками и ползком добрались до обрыва, который являлся краем узкого ущелья. Андрей первым спустился по крутому каменистому склону в ущелье и ждал остальных. Последним должен был спуститься Шестак.
Когда Шестак был рядом, Андрей недоуменно спросил его:
— Ты чего рано? Где еще двое?
Шестак, передернув плечами, ответил:
— Ложкин ранен в шею. Я одного бойца с ним оставил, перевязывает.
— Большая рана?
Шестак утвердительно кивнул головой.
— Большая.
Андрей сказал, поглядев на стоящих перед ним Шестака, Горчака и Рябова:
— Ущелье выходит на кишлак. В нем наверняка могут быть духи, так что не зевать и зря не стрелять. Наше дело — внезапность. Если никого не обнаружим, будем выходить верхним духам в тыл.
Он пошел первым, пригибаясь и перебегая по каменистому дну ущелья. Они прошли достаточно далеко, когда за поворотом услышали стрельбу сверху.
Стреляли бойцы второго отделения, направленного в обход. Снизу в ответ тоже раздались автоматные очереди.
Пробираясь меж камней, они достигли поворота и увидели нескольких духов, стреляющих из автоматов поверху. Рядом с духами лежали ящики с боеприпасами. Андрей и Горчак метнули в их сторону по гранате. Сразу после взрывов все залпом открыли огонь. Ответного огня не последовало. Сверху бойцы тоже не стреляли, очевидно, сообразив по ситуации, двинулись дальше.
Подойдя к духам, они увидели разорванное в клочья туловище одного из них. Окровавленные куски и внутренности были разбросаны вокруг. Видно, граната угодила прямо ему под ноги. Рядом лежали еще четыре окровавленных трупа, один из которых тоже был разорван в куски.
— Зараз и не сочтешь, скильки их тут було, — сказал Горчак.
— А ты сложи их по частям, как конструктор, тогда поймешь, — предложил Рябов.
В это время они заметили, что за большим камнем сбоку кто-то вроде бы шевельнулся.
Рябов дал из автомата очередь по камню. В ответ не стреляли. Горчак, стоявший ближе всех, в один прыжок оказался у камня и скрылся за ним. Через мгновение из-за камня вылетел дух и упал. Он был без оружия. На вид ему было не более двадцати лет. По его редкой курчавой бороде стекала кровь, обильно шедшая из носа. Горчак стоял позади него и держал в руке его автомат.