- Да как мне теперь отличить, где ложь, а где правда?
- В то утро, - Норак еле слышно прорычал и схватился за голову, - в то самое первое утро я хотел плюнуть на все и рассказать тебе.
- Но не смог? – язвительно поинтересовалась Марэ.
- Но побоялся, что мы оба можем поплатиться за это, - Норак опустился на земляной пол, прокашливаясь, - тем утром я собирался проведать колдовскую яму, посмотреть в каком она состоянии, не заросла ли, есть ли к ней подход, но…
- Обманул, что пойдешь к корабельщику.
- Но ты сказала, что сама отправишься к колдовской яме, и просил тебя не подходить к краю. Помнишь, просил?
- Помню.
- Я боялся, что тебя засосет в потусторонний мир без меня, тогда я бы уже не смог тебя защитить.
- Да, тогда бы ты провалил задание, - с горечью добавила Марэ.
Риса все это время изучала пещеру, снова погруженная благодаря странному вареву матери в потусторонний мир. Теперь ей не нужно прислушиваться, чтобы слышать сестру и колдуна, но она молчала, не вклиниваясь в разговор. Марэ краем глаза видела, как Риса ходит из стороны в сторону, поглядывая на них. И в какой момент девушка остановилась и подошла ближе.
- Получается, что человек ни в чем не виноват? – спросила Риса.
- Элон виноват только в том, что каждый раз рушил мои планы, - сказал со злостью Норак, - сначала затянул Марэ в болото, потом все время куда-то ее тащил.
- Я помню, как ты не хотел покидать колдовской городок, - голос Марэ стал более ровным и даже приглушенным, будто силы в нем совсем не осталось.
- Сначала я думал, что колдунья, о которой талдычил Элон, это твоя мать. Поэтому я пытался выяснить, где он ее встретил, чтобы отправиться навстречу, а не сидеть на одном месте в ожидании. Но потом я понял, что речь идет о жрице.
- Речь шла о Рисе, - с легкой улыбкой вспомнила Марэ, поражаясь такому совпадению.
- И покидать город было опрометчиво, твоя мать нас потеряла и не смогла передать тебе нужную информацию.
- Но почему, - колдунья вскочила на ноги, - почему тогда ты мне не сказал всего? Мы уже были в потустороннем мире, и ты мог рассказать мне о матери и о своих догадках про сестру, и ничего бы Морана нам не сделала.
- Ты бы ушла, - Норак опустил голову и говорил почти шепотом, - а я по-прежнему должен был тебя охранять.
- Потому что так велела моя мертвая мать?
- Потому что ты мне дорога.
- Ха, - у Марэ вырвался смешок, - как лицемерно это звучит.
Колдунья вышла из тени в центр пещеры, где свечи давали больше света. По пути она взъерошила тюк из сена, который, по-видимому, служил кроватью. Эти духи, неважно звери или люди, не были ни живыми, ни мертвыми. Колдовской туман захватил их души и обезобразил тела, делая прислужниками лунной богини. И теперь им суждено вечность скитаться по лесам, выискивая пришельцев, чтобы отправлять их в мир мертвых. Марэ переживала, что в логове духов могут навредить Рисе, у сестры ведь пока еще была жизнь. Но эти переживания перебивало раздражение и злость на Норака, единственного друга, что у нее был. Теперь девушка осталась совсем одна: без друга и любимого, - потому снова потерять Рису оказалось бы смертельным для ее души.
Колдунья набрела на насыпь, напоминающая импровизированный стол. Когда Марэ только попала в колдовской туман, она не думала, что магия живых и мертвых так сильно различается. Здесь не было привычных баночек с травами, порошков и даже сушеных животных, которые часто встречались в колдовстве жриц Мораны. На полках аккуратно были разложены куски минералов и отполированные камни, все они имели цвет, наполненные неизвестной для Марэ магией. Колдунья взяла в руки щетку из желтых кристаллов, любуясь гранями, отражающими мерцание свечей.
- Норак, скажи мне, почему ты не хотел, чтобы я тренировалась в магии? – не отрываясь от камня, спросила девушка. – Я отчетливо помню, как ты отговаривал меня.
- Я не хотел, чтобы ты убила Вордана, - раздался тихий голос из темноты.
- Что? – Марэ резко обернулась, возвращая каменную щетку на место.
- Он вел нас к Рисе, - Норак вышел на свет, - к тому моменту, как разбойник появился в твоем доме, я начал догадываться, что все связано с твоей сестрой. И чем быстрее мы бы ее нашли, тем быстрее выбрались бы из колдовского тумана. А ты, одержимая местью, бросалась словно безумная на Вордана. Мне пришлось его охранять, - с сожалением произнес колдун.