Воздух остановился в ее груди, когда Норак принял защитную стойку, с трудом переводя дух.
- Довольно, - прозвучал устало голос позади толпы.
Жрицы расступились, а духи опустили опаленные посохи. Сиплый голос принадлежал женщине, что сидела на земляном полу в центре зала. Ее лицо закрывало полотно черных с проседью волос, а пальцы сами собой перебирали сухие веточки.
Марэ коснулась плеча Норака, чтобы тот опустил посох и отошел в сторону. Опасность им больше не угрожала, но все, кроме колдуньи, по-прежнему были незваными гостями. Потому Нораку, Элону и Рисе лучше держаться в тени, чтобы не привлечь к себе внимание богини.
Подбирая блеклые юбки и отбрасывая в сторону веточку, которую только что жевала, женщина встала на ноги. Марэ не заметила в ней ничего особенного – обычная колдунья, каких было много в ее родном городке. Но напряжение и склоненные в почтении головы прислужников говорили, что не было в ней ничего обычного.
Краем глаза девушка заметила, как ее мать спрятала лицо и затеребила лоскуты ткани, что выполняли функцию одежды. В понимание Марэ мать должна представить ее богини. Но это не произошло, потому она замялась. Была ли эта невзрачная женщина Великой Мораной? И если да, то что ей говорить?
- Ты пришла о чем-то просить?
Неохотно поворачиваясь к гостям, незнакомка небрежно наклонила голову набок. Но ее темный глубокий взгляд не замечал никого кроме черной пелены, за который скрывалась живая душа. Она оценивающе осмотрела гостью с ног до головы.
- Я пришла к Великой Моране, - как можно увереннее заявила Марэ, убедившись, что все ее спутники стоят позади.
- Уж не знаю насколько великая, - ухмыльнулась женщина, - но вернуть тебя домой могу.
- Мое почтение лунной богине, - Марэ поспешно присела и слегка склонила голову.
Мать не обучила ее поведению на балу. Но с богами, думалось колдунье, нужно общаться подобающе, ведь сейчас в руках Мораны окажутся судьбы самых близких для Марэ людей.
- Церемоний я не люблю, - сухо сказала женщина, продолжая изучать каждую складочку, изгиб и черту под прозрачным муслином.
- Я буду просить не только за себя.
- Это я уже поняла. Ты хочешь вернуться домой. Ведь так? – женщина подождала ответа, но гостья промолчала соглашаясь. – А что скажешь за остальных?
- У каждого из нас будет по одному желанию. Я хочу пересечь серую пелену и вернуться в живой мир, - Марэ обернулась на Элона, чувствуя, как к горлу подступают слезы, но перехватила взгляд Рисы и продолжила. – Моя сестра… всю жизнь мечтала стать жрицей и служить лунной богине. Но молю, не забирайте ее в свой мир.
Марэ вскинула взгляд на Морану, боясь, что не сможет на это никак повлиять. Великодушие богини не безгранично, а желание свое она уже истратила. Просьбу не изменить и не отказаться.
- Мой друг… Норак, - опустив глаза, она продолжила. Богиня, конечно же, выслушает обращение полностью перед тем, как дать свой ответ, - хочет вернуться в живой мир к семье.
Еще находясь за порогом замка, Марэ думала, что перед ликом лунной богини призовет к ответу свою мать. Она заключила с Нораком сделку и не выполнила обещанного. Но в таком случае Марэ обрекла бы мать на смерть.
- А что с человеком? – не вытерпела богиня.
- Он, - девушка сжала кулаки, собираясь с силами, - Элон вернется со мной в живой мир.
- Уверена? – уточнила Морана, смотря поверх ее плеча. – Человек уже наполовину дух, эта часть мертва, и за серой пеленой ничего не изменится. Зачем ты обрекаешь его на мучения и людское презрение?
- Я люблю Элона. И мне неважно, что лес проник в его тело. Душа осталась прежней. Мы будем вместе, а людское… и колдовское мнение не имеет никакого значения.
- Будь по-твоему, - женщина присела на корточки и снова собрала горсть сухих веточек. – Я могу выполнить эти просьбы, но у всего есть своя цена. Ты сделала выбор за каждого из своих спутников и несешь ответственность перед ними. Потому и спрос с тебя. Готова ли ты уплатить за мое великодушие?
- Какова будет цена?
- Мне не нужны твои силы, - богиня задумалась, рассуждая о вариантах, - я даже не хочу забирать жизнь твоих близких, сестры или этого человека, - она ткнула длинным высохшим пальцем в сторону Элона, - твои родители мертвы, но все же… у тебя имеется что-то еще ценное, что я могу забрать.