Мне же в целом оставалось лишь довести его до черты, чуть подтолкнуть и получить заслуженные лавры «демона года». А там кто знает, может и на «Демона столетия» замахнусь – как-никак не одного Лешку развратил, а целое поколение. Книги то его миллионными тиражами расходятся. Как электронные, так и бумажные. Скоро фильм снимут, и уж будьте уверены – я постараюсь, чтобы эта картина взяла приличную кассу.
Тем временем, зажегся зеленый сигнал светофора, а мои обдолбанные голубки никуда не спешили. Они все целовались, целовались, целовались… Девочка даже полезла под руль в порыве страсти – забыла совсем, что в открытой тачке по городу передвигается. Но парочку спугнули стоящие позади автомобили. Кабриолет не лимузин – всем все видно. Потому и гудят возмущенные участники дорожного движения, руками зачем-то машут…
– Эй!!! Не видите, что ли? Любовь у людей творится! Завидуйте, как говорится, молча!
Но нет, гудки возмущенных скуфов все же достигли цели. Леша небрежно отпихивает в сторону неадекватную девицу и дает по газам. Порш срывается с места, идет юзом и лишь чудом не задевает своей толстенной задницей припаркованный возле дорогого бутика Бентли. Ну, как, чудом? Разумеется, я подсобил.
Что-то ты, Аарончик, недоговариваешь, скажете вы – то ты распинался, как будет прекрасно, если твой подопечный возьмет и скопытится внезапно на пике своего развратного образа жизни, то спасаешь. Где логика?
Спокойно, комрады, логика в моих действиях есть. Как ни странно, но мы, демоны, не убийцы – смерть человека для нас не самоцель. Неужели вы думали, что мы только погубить человека можем? Нее, до поры до времени, за объект своей разработки мы головой отвечаем. Пока подопечный демона-искусителя не готов (читай – не погубил свою душу окончательно), на тот свет ему нельзя ни в коем случае. Иначе припрутся Они, ангелы хранители, и всю малину нам испортят. И уж будьте уверены, любой демон сделает все возможное, чтобы не допустить свою жертву на суд божий раньше времени.
Но в контексте истории конкретного человека, Алексея Пекарева, возмутится въедливый читатель, все и без того понятно – козел, каких свет не видывал.
И будет такой читатель прав, отвечу я, но лишь отчасти. Дело в том, что мой Лешка, хоть и превратился под влиянием легких и больших денег в козла редкого, все же оставался человеком. А, как известно, человеческая душа – потемки. Чтобы утянуть эту душу на дно, необходимо так ее отяготить грехами, чтобы у нее не было никаких шансов всплыть. Кроме того, нужно избавить эту душу от того балласта, от тех спасательных кругов, что мешают процессу погружения. Я говорю о самых ужасных, самых низких и подлых человеческих качествах – о его добродетелях: доброте, сочувствии, щедрости, смирению и так далее. Но самой уродской добродетелью, как по мне, в человеке является любовь. Даже крупица ее может порушить все планы демона на душу своего подопечного. Пропущенное зернышко любви, может прорасти в самый неподходящий момент и в итоге стать тем самым первым кирпичиком в оборонных редутах души, которые начнут выстраивать силы света и добра. Каждый уважающий себя демон знает – нужно в первую очередь избавиться от всего, чем «болеет» твой подопечный. И в первую очередь искоренять в нем главную болезнь – любовь.
И тут, кстати, есть особенная хитрость – демон не может взять и удалить ту или иную добродетель из человека. Человек должен сделать это сам, своими руками. Только когда человек сам захочет пойти на дно, его демон успокаивается. Попасть в ад – добровольное решение каждого. Все, согласно, постулатам сил света о свободе воли.
Ладно, заболтался я тут с вами. Лешка, худо-бедно, до пункта назначения сам доберется – дорожки я ему уже все подчистил. А мне пора на еженедельный доклад к начальнику.
Глава 3
"У нас, все почти, как у вас. Точнее, наоборот – это у вас, почти все, как в мире демонов"
В «подземной канцелярии» (ага, есть и такая – чем это мы хуже канцелярии небесной?), царил тихий ужас. И это отнюдь не метафора – в прямом смысле сотрудники всех отделений моего текущего места работы были тише воды, ниже травы и не высовывались со своих мест. Я еще в холле нашего главного здания заподозрил неладное. Обычная для этого времени суток рабочая движуха выглядела какой-то неестественной. Из кабинетов в кабинеты, от лифтов к офисам и обратно демоны передвигались короткими перебежками, стараясь не попадаться на глаза своему непосредственному начальству. Никто ни с кем не здоровался, никто ни с кем не общался. Работа, а точнее ее видимость, кипела как в самом жарком адовом котле. Даже в курилках никого не было – и это в обеденный-то перерыв!