Чернильно-черное сердце (ЛП)

Несмотря на усталость, Страйк чувствовал себя возбужденным. Адреналин покалывал в венах, призывая его предпринять какие-то ответные действия, но вместо этого он ел свой пирог, уставившись в пространство, пока вокруг него смеялись и шумели люди. Последствия бомбардировки доходили до него, теперь, когда у него не было Пат, о которой нужно было заботиться, и не было практических дел, которые могли бы его отвлечь. У него не было ни доступа к ноутбуку, ни компьютера, ни принтера. Из рабочих материалов у него были только блокнот, файл “Аноми” и телефон.

Он взял последний, намереваясь открыть Twitter, чтобы проверить, чем занимается Аноми, но потом заметил, что у него два новых сообщения: одно от сводной сестры Пруденс и одно от Штыря, друга еще с подросткового возраста, с которым он поддерживал связь, несмотря на неизлечимую преступность Штыря. Первым он открыл письмо Пруденс.

Я только что узнала, что твой офис взорвали. Очень надеюсь, что с тобой все в порядке.

Страйк отправил ответное сообщение:

Я в порядке. Хотя, возможно, придется отказаться от нашей выпивки. Полиция советует мне залечь на дно. Надеюсь, с Сильви все в порядке.

Затем он открыл сообщение Штыря.

Кому ты на этот раз насолил, глупый пиздюк?

Прежде чем он успел ответить, зазвонил телефон. Увидев, что это его сестра Люси, он засомневался, но потом решил, что лучше покончить с этим.

— Почему ты мне не позвонил? — были ее первые, горячие слова.

— Я как раз собирался, — ответил Страйк, думая, скольким еще женщинам он собирается солгать до конца дня. — Я был в полиции.

— Ну, ты мог бы послать сообщение! У меня чуть сердце не остановилось, когда Грег позвонил и сказал мне!

— Я в порядке, Люс. Буквально отделался царапиной.

— Где ты? Би-би-си говорит, что здание серьезно повреждено! Иди к нам!

Страйк повторил историю, которую рассказал Мэдлин, подчеркнув опасность для всех, с кем он сейчас общается, и, внушив ей опасность для ее сыновей, сумел убедить ее, что ему лучше всего удалиться в какой-нибудь анонимный дешевый отель. Тем не менее, она проговорила двадцать минут, умоляя заверить его в том, что он будет осторожен, пока Страйк не сказал ей в шутку, что полиция рассчитывает арестовать виновных в течение нескольких дней. Лишь немного успокоившись, она наконец ушла, оставив Страйка раздраженным и еще более уставшим.

Он открыл Twitter. От Аноми не было никаких последних твитов, но его внимание привлек один из хэштегов, который в данный момент был в тренде на сайте: #НахуйУоллиКардью.

До того, как сегодня утром выяснилось, что Уолли общался с Кеа в ночь перед поножовщиной, Страйк, возможно, не слишком бы интересовался тем, что Уолли сделал, чтобы заслужить неодобрение Твиттера. Однако теперь он нажал на хэштег, чтобы узнать, что происходит.

Аойф @aoifeoconz

лол тут #FuckWallyCardew

www.tubenewz.com/youtube-drops-Wally-Cardew— over-racism-allegations/html

Sammi @Sammitch97

в ответ на @aoifeoconz

омг он избил ЭмДжея?????? #FuckWallyCardew #IStandWithЭмДжей

Drew C @_drewc^rtis

в ответ на Sammitch97 aoifeoconz

почему он избил ЭмДжея?

SQ @#B_O_U_TQuince

отвечая на ydderidna _drewc^rtis @Sammitch97

@aoifeoconz

потому что уеб***** трахал его сестру.

SQ @#B_O_U_T_Quince

отвечая to ydderidna _drewc^rtis @Sammitch97

@aoifeoconz

а потом кучка п***сов положила Уола в больницу.

SQ @#B_O_U_T_Quince

отвечая to ydderidna _drewc^rtis @Sammitch97

@aoifeoconz

и некоторым братьям будет что сказать по этому поводу.

@Heimd&ll88

Страйк положил телефон обратно в карман, размышляя, когда он сможет в следующий раз попасть на свой чердак. Ему казалось, что он не сможет остаться у Робин больше чем на пару ночей, но в равной степени ему не нравилась идея оставить ее одну в этой маленькой аккуратной квартирке, пока не будет устранена угроза, исходящая от Халвенинга. Очевидно, белые верховоды не испытывали к ней никакой благодарности за попытку спасти жизнь одного из своих соратников: важно было лишь то, что и она, и Страйк, похоже, следили за их членами. Бомба была не пустой угрозой: если бы не быстрая реакция Пэт, он мог бы сейчас лежать в больнице с отрезанной частью тела, снедаемый чувством вины за смерть офис-менеджера.

Мысленно перебирая насущные практические проблемы, Страйк обратился к своему BMW, стоявшему в дорогом гараже. Насколько он помнил, на улице Робин было достаточно места для парковки. Несмотря на больное подколенное сухожилие, он подумал, что мог бы вернуться в гараж, забрать “БМВ”, а затем поехать в Уолтемстоу, чтобы иметь под рукой машину на случай, если она ему понадобится. Допив остатки кофе, он поднялся с пластикового стула, взвалил на плечи рюкзак, в котором теперь находилось почти все его имущество, и, прихрамывая, отправился в путь.