Удар! Камень пола треснул. Раздался не крик, а беззвучный *вопль* пустоты. Нить оборвалась. Ядро Духа Забвения внутри аморфной массы вспыхнуло ослепительно-черным светом и… схлопнулось. Вся маслянистая чернота вздыбилась, как кипящая смола, и начала стремительно рассеиваться, втягиваясь в трещину в полу, словно вода в сток. Через несколько секунд в коридоре не осталось ничего, кроме трещины в камне, леденящего холода и запаха озона и… старой пыли.
Тишина. Тяжелое, прерывистое дыхание четверки нарушало гнетущий покой. Кактус Бенедикта расслабил иглы. Свет Светлячкового Мха казался ярче.
«Мы… мы сделали это?» – прошептала Лира, прислонившись к стене.
«Он ушел, – хрипло сказал Кай, подбирая свой молоток. На камне, куда он ударил, осталось черное, обугленное пятно. – Но трещина… Нить вела вниз. Они нашли слабое место. Оно здесь».
Алиса подошла к трещине. Она опустилась на колени и осторожно прикоснулась пальцами к холодному камню. Волна образов ударила по ней, как ледяной ураган: темные руки, копающие камень изнутри; древний, почти стертый защитный символ под полом, трещащий под напором; черная энергия, сочащаяся сквозь щель и формирующая Духа Забвения… И слабый, знакомый отголосок – запах дорогих духов и холодную, расчетливую волю. Знакомую?..
«Кто-то помог ему отсюда, – выдохнула Алиса, отдергивая руку. – Из Академии. Намеренно ослабил защиту под полом. Он… она… пахнет холодом и… звездной пылью?»
Лира и Бенедикт переглянулись в ужасе. Звездная пыль. Элоиза из Дома Звездной Пыли. Ее фирменный аромат и ее холодное высокомерие.
Но Кай покачал головой, его зеленые глаза были полны недоверия. «Слишком очевидно. «Цепи» мастера мимикрии. Это мог быть подлог. Ловушка для подозрений».
Они стояли над трещиной – порталом, который едва не открылся в самое сердце тьмы. Они остановили одну угрозу, но раскололи почву под ногами. Предатель был среди них. Игра только начиналась. А где-то в глубинах, за Запретной Дверью, эха забытых душ зашевелились сильнее, почуяв свежую боль и близкую возможность.
8 глава
Трещина в полу коридора, ведущего к Нижним Склепам, стала зияющей раной в теле Академии. Сильван Торн и Мастер Борр прибыли почти мгновенно после их срочного вызова (переданного через испуганных духов-светлячков). Лица Мастеров были каменными. Они молча осмотрели место, ощупали холодные края разлома, обменялись красноречивым взглядом. Без лишних слов Сильван сгустил тени вокруг трещины, создав временную пелену из непроницаемого мрака, а Борр, ворча заклинания, высек на полу вокруг нее мощные руны защиты из чистого кварца, которые светились яростным белым светом.
«Никто не приближается, – скрипучим голосом изрек Борр, вытирая пот со лба. – Никто не прикасается. До запечатывания на рассвете.» Его взгляд скользнул по четверке, задержавшись на Алисе. «Вы… действовали правильно. Глупо. Опасно. Но правильно. Совет… будет проинформирован.» В его голосе звучало сомнение, что Совет примет это всерьез даже теперь.
«А предатель?» – выпалила Лира. «Алиса почувствовала… запах звездной пыли!»
Сильван резко поднял руку, его золотые глаза вспыхнули. «Обвинения без железных доказательств – яд хуже «Сераума». Они сеют раздор, которого жаждут наши враги. Молчите. Наблюдайте. Доверяйте только тем, кто доказал свою верность кровью или делом.» Его взгляд был направлен на всех, но Алиса почувствовала, что последние слова – для нее. Доверяй Каю, который стоял плечом к плечу с ними. Доверяй Лире и Бенедикту. Но будь настороже.
Слово «звездная пыль» поползло по Академии, как ядовитая лоза. Весть о ночном столкновении и подозрениях просочилась несмотря на приказ Мастера Торна молчать. На следующий день атмосфера в Доме Плюща и за его пределами была наэлектризована. Ученики кучковались, перешептывались, бросали косые взгляды. Элоиза из Дома Звездной Пыли ходила с высоко поднятой головой, но ее обычно безупречная бледность сменилась лихорадочным румянцем гнева. Ее маленький «секретарь» с очками суетился вокруг, громко опровергая любые намеки.
«Это гнусная клевета!» – кричал он в столовой, обращаясь к толпе. – «Леди Элоиза – потомок основателей Академии! Ее кровь чиста от скверны Забвения! Это провокация «Цепей» или…» – он бросил ядовитый взгляд на Алису, – «…или тех, кто хочет выслужиться, прикрывая свои сомнительные дары!»
Алиса сжала ложку так, что костяшки пальцев побелели. Ее «сомнительный дар» спас их всех прошлой ночью. Кай, сидевший напротив, положил свою руку поверх ее сжатого кулака. Его прикосновение было неожиданно теплым, а металлические заклепки на его наруче тихо вибрировали.