– Ты видишь меня... — голос был похож на шёпот множества людей одновременно, на шелест страниц, на скрип пера по пергаменту. – Значит, ты уже начала забывать. Иначе бы не заметила.
Лираэль протянула дрожащую руку. Пальцы вошли в мерцающую фигуру, и мир взорвался болью. Перед глазами пронеслись образы: город из белого камня, где башни пели на рассвете; люди в серебряных масках, чьи пальцы складывались в странные знаки; величественный хор, от которого дрожала земля...
– Мы пели, чтобы мир не рассыпался... — голос Тени становился тише, растворяясь в воздухе. – Но Он услышал нашу песню. И спел её наоборот.
В её ладонь упал кристалл. Холодный, с пульсирующей внутри искрой, будто заключённой молнией. В тот же миг дверь библиотеки распахнулась беззвучно. На пороге стоял Один из Них. Пространство между ними сжалось, будто страницы гигантской книги. Это произошло настолько резко, что Лираэль не успела среагировать.
– Отдай... — это не было словом. Скорее дырой в самой реальности, местом, где звуки и свет переставали существовать.
Его пальцы впились в её запястье. Кристалл треснул — и Лираэль увидела. Мальчик на берегу реки, его смех, разлетающийся с брызгами воды. Затем — тишина, а потом — пустота. Его больше нет. Его никогда не было.
Маска Безликого дрогнула — и на миг под ней проступило... лицо? Но всё тут же скрылось, она не успела разгледеть, но увидела что-то до боли знакомое...
Она вырвалась, чувствуя, как забвение тянется за ней, цепляется за одежду, за волосы, пытаясь стереть и её саму. Бежала по полуисчезнувшим улицам, спотыкаясь, падая, снова поднимаясь — пока не оказалась за городской стеной.
На рассвете она обернулась. Часть Арвеля теперь была... пустым местом. Не разрушенным — просто отсутствующим. Будто кто-то вырвал страницу из книги мира. На дороге перед ней лежал обгоревший лист пергамента. Буквы расплывались, стоило попытаться их прочесть. Лишь одна строчка оставалась чёткой:
"Ты станешь последней песней, которую забудут."
Где-то вдали, за границами реальности, что-то огромное медленно открывало глаза. И начинало петь. Песню, от которой мир забывал сам себя. Лираэль сжала в кулаке остатки кристалла — он жёг ладонь, но боль была почти приятной. Она ещё помнит. Пока ещё помнит.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов