Анна подумала, что следование всем этим ролям и их правилам, лишает человека возможности понять, кем же он является на самом деле – без социальных масок, но продолжить тему не решилась. Она легко коснулась пальцев Миши и сказала:
– Извини. Спасибо за исчерпывающий ответ.
– Пожалуйста. Мясо? Или куриные крылышки? Что сытнее?
Анна тоже опустила глаза на меню: «Смотри, у них тут тазик куриных крылышек есть. Давай на двоих возьмем?».
– И салаты тоже.
Оставив от крылышек лишь кости, они, сытые и сонные, откинулись на спинки стульев, посмотрели на жирные губы друг друга и одновременно рассмеялись.
– Вот и зачем мы занимались спортом? – сказал Миша, разводя руками. – Съел в три раза больше обычного. А я тебе сейчас еще кое-что покажу. Сегодня в офисе на кухне нашел.
Он достал из сумки журнал, быстро нашел нужную страницу и протянул его Анне: «Вторая заметочка слева».
– Бег опасен для коленных суставов, – прочитала Анна название вслух и тут же добавила с надеждой в голосе. – Значит, нам больше не надо бегать?
– Нет, конечно. Это же опасно, видишь? – улыбнулся Миша. – Теперь начинаем копить на липосакцию.
12.
Миша одновременно с коллегами сел за овальный стол, украдкой поглядывая на мужчину и женщину, представленных пока только по именам. Бертран, директор французского офиса, потер ладони и заговорил на хорошем английском о важности сегодняшнего собрания и усилий всех присутствующих для успеха бизнеса.
Миша слушал вполуха, ожидая, когда директор перейдет от общих слов к конкретным вопросам. Натянув на губы легкую улыбку, он смотрел на окружающие его лица и думал о том, что уже несколько лет все новые люди в его жизни не кажутся ему новыми в полном смысле слова. Все они уже на кого-то похожи, напоминают кого-то либо обликом, либо характером – старую знакомую, известного музыканта, актера, брата друга. Словно существует лишь определенное количество типов внешности и поведения и, узнав их все к своему возрасту, он теперь двинулся на второй круг.
Директор, некрасиво подставив нижнюю губу под край чашки, допил одним глотком кофе и твердо кивнул:
– Теперь, что касается обязанностей. Я уже представил вам Алексея и Наталью, это наши новые сотрудники. Наталья назначена бухгалтером, а Алексей будет отвечать за управление московским офисом. Михаил, вы будете работать с клиентами, у вас это получается очень хорошо. Конечно, в скором времени нам потребуются новые сотрудники, и я думаю…
Дальше Миша не слышал. Он лишь растянул губы в еще более длинную улыбку, надеясь удержать этой маской свои истинные чувства – потрясение и ярость. Только узнав о назначении директором человека, который впервые пришел в устроенный им – и только им! – офис, он понял, что его глубокая уверенность в том, что эта должность уже принадлежит ему, не позволила ему даже предугадать и просчитать другие варианты. На ум пришло выражение «словно обухом по голове», но это было плохое описание степени его потрясения – потому что ударенный обухом падает, лишенный сознания или жизни, а Мише приходится сидеть, как ни в чем не бывало, и изображать лицом приветливую заинтересованность.
Собрание закончилось спустя сорок минут, и Миша сразу вышел в туалет, бросив коллегам короткое извинение. К его облегчению в туалете никого не было, и он смог увидеть в зеркале свое лицо без рабочей улыбки. Уголки губ повисли так противно, что Миша зло ударил кулаком по краю раковины и зажмурился. Он досчитал до десяти и достал из кармана брюк телефон, решив прямо сейчас предложить Андрею вместе сходить на юбилей мужского журнала, приглашение на который он получил вчера от своего приятеля. Набирая номер, он думал, что ему очень хочется, чтобы Андрей стал для него полосой белой.
Миша вышел из такси, остановившегося перед гостиницей на набережной реки, и поднялся по ступенькам в холл, поправляя галстук нервными рывками.
Андрей – тоже в костюме – уже ждал его неподалеку от входа.
– Привет! – Миша протянул руку. – Ты сразу после офиса?