— Зачем ты меня спас?! — это Халяев заорал уже в спину. — Я тебя не просил! Святым себя возомнил? Зачем?! Ответь! Это же я, я!
Артема дернули за плечо. Он, не веря в происходящее, развернулся. И Халяев схватил его за куртку двумя руками, попытался тряхнуть.
— Зачем?! Ответь мне, зачем?!
Артем со всей силы отпихнул в грудь Халяева, тот замахал руками, в попытке удержать равновесие.
— Что, не хочешь ручки об меня марать? — Халяев смотрел на него налитыми кровью глазами. — Это же я, я, который твоих Ирочку и Катеньку… Помнишь, как ты на суде…
Да как смеешь ты имена их произносить… Артем рванулся вперед, но Наум Николаевич вцепился в него намертво.
— Артем, не надо! Не надо! Не стоит он этого. А тебе не по статусу.
— Не по статусу? — снова хрипло расхохотался Халяев. — Ах, не по статусу? Возгордился? Думаешь, тебе местечко теплое за заслуги дали?
Артем чувствовал, как колет под лопаткой. Как со свистом проходит в горло воздух. Как сзади его острожное похлопывает по плечу Наум Николаевич. А потом резко развернулся — и пошел к главному крыльцу.
* * *
— Тая, а ты зачем к начмеду ходила?
Вопрос застал Таисию врасплох. Она так погрузилась в вопрос с новым корпусом — и тем, чтобы донести важность этого вопроса до Артамонова, что забыла обо всем. В том числе, и о том, что нарушает служебную субординацию и формально, и фактически, действуя через голову своей начальницы. Первый визит Тае сошел с рук — может, секретарша у Артамонова не из болтливых. А вчера ее в кабинете у начмеда главный инженер застал. И он, похоже, обета молчания не давал.
— Да я… — Тая начала и замолчала. Правду говорить нельзя. Врать она не умеет, да и не приготовилась.
— Да наша Тая глаз на АртемСаныча положила! — рассмеялась та самая дородная коллега, у которой Таисия кольцо обручальное рассматривала. — Инна Алексеевна, не мешай девчонке личную жизнь устраивать.
— Да я не… — Тая снова начала и снова замолчала. И почувствовала, что почему-то горячеют щеки.
— Ой, ладно тебе! — ее дружески пихнули в бок пухлым локтем. — Он жених-то завидный, молодой еще, холостой, при должности.
— Он не холостой, он вдовец, — сдержанно поправила Инна Алексеевна и бросила на Таисию внимательный взгляд. Словно предупреждая.
— Да пять лет прошло. Что он, монах, что ли? А у Тайки прям сразу ушки на макушке — как только мы про Артамонова заговорим.
Над ней еще какое-то время подшучивали, а потом переключились на другое. Ну и ладно. Пусть думают, что Тая запала на Артамонова. Главное, что Инна Алексеевна удовлетворилась этим объяснением.
* * *
— К вам снова Мельникова, — в голосе секретарши слышалось едва заметное осуждение. Да, Артем тоже не в восторге от упертости этой Мельниковой, но что поделать.
— Пусть заходит.
В этот раз она без папки. И в брюках. До этого, кажется, всегда в юбке ее видел. Длинные у нее ноги. Вот бы и шуровала этими длинными ногами куда подальше от Артема!
— Добрый день, Артем Александрович. Вы посмотрели документы?
Как учительница, отчитывающая школьника, ей-богу! Да не до папки ее было! Артема выбила из колеи утренняя встреча, надо это признать. День пошел наперекосяк, и все валилось из рук.
— Артем Александрович, вы же обещали… — она посмотрела на него укоризненно.
— У меня с утра была срочная встреча, — огрызнулся Артамонов. — Хотите знать, с кем?
Мельникова удивленно качнула головой — непонятно, то ли соглашается, то ли отказывается.
— С женихом вашим. Бывшим.
Она охнула и опустилась — точнее, рухнула — на стул.
— Что он вам сказал?! Зачем приходил?!
Артем запоздало подумал о том, что это выглядит так, будто он жалуется Мельниковой на ее бывшего. Тупость какая-то. Зря сказал.
— Да так, — дернул плечом неопределенно. — Я и сам не понял. — А потом все же спросил: — Скажите, он злоупотребляет алкоголем?
— Нет. По крайней мере, я никогда не видела, чтобы… Бокал вина максимум. Он что, был пьяный?! — ахнула неверяще.
— Не совсем адекватный — я бы так сказал, — Артем все больше и больше жалел, что рассказал ей. Все это выглядело реально так, будто он жалуется. И даже будто просит ее избавить Артема от Халяева. Реально тупость с его стороны!
Мельникова задумчиво нахмурила брови. Потом тряхнула головой.
— Нет, не помню такого. Не было ни разу. Разве что… А это не могло быть… ну… следствием… операции?
Артем понял, что готов рассмеяться. Ситуация вроде совсем не смешная, но этот вопрос…
* * *