Обняла за шею — уже как будто привычно.
— Спасибо…
Артем не отстранился — и это накрыло теплой радостью. Даже обнял — коротко и неловко.
— Да что ты, Тая. За такое не благодарят. И вообще — долг платежом красен. Ты вон сколько для меня сделала. — Отступил. — Все, давай, запирайся и ложись отдыхать.
* * *
Он ушел. А Таисия заперла дверь. Вот если бы она так сделала, когда пришел Павел, если бы дверь оказалась запертой, то…
Нет, об этом думать не стоит.
Прошла на кухню, посмотрела на стоящие на столе две кружки. Интересно, из какой пил Артем? Он сидел здесь — значит, из этой. Тая взяла кружку, сделала пару глотков. Остыл. Но все равно вкусный.
Она бездумно пошла по квартире, в комнате замерла. На полу краснеет пятно. Это… кровь? Пашина? Или Артема?!
Нет, это Халяева. Он там лежал. Тая бросилась в ванную, схватила ведро, швабру. Срочно нужно вымыть все полы!
После уборки она буквально рухнула на диван, закуталась в одеяло. Таисию стала быть какая-то противная дрожь. И под эту дрожь накатили воспоминания.
Совершенно безумный взгляд Павла, его неожиданно сильные руки и мокрые прикосновения губ. Черный взгляд Артема и свист кулака. Его каменные плечи под собственными руками, его часто поднимающаяся грудь, которую она гладила пальцами. Свой сбивчивый шепот «Все-все-все». Молоденький полицейский с растерянностью во взгляде и глубокой складкой между светлых бровей. Безобразное хамское поведение Павла. Вскрик девушки в синей униформе — фельдшера, наверное.
И неожиданный финал. Павла увезли в наручниках в отделение.
Неужели в этот раз он получит то, что заслужил? Это важно. Но не важнее того, как это все отразится на Артеме.
Тая всхлипнула, плотнее кутаясь в одеяло. Все то, что произошло сегодня в ее квартире, подсветило, да что там подсветило — обнажило! — один непреложный факт.
В Артема Артамонова Таисия влюбилась. Для того, чтобы понять это, он должен был спасти ее от насильника. А она его — от избиения того, кто пытался это сделать.
Да нет, это не про «влюбилась». Это про «люблю». Ничего подобного Тая в жизни не испытывала — она поняла это четко именно сейчас. Что у нее было до Артема в плане чувств? Юношеские увлечения в школе и в университете не в счет. Павел? Это была не любовь, Тая поняла это тоже только сейчас и тоже очень отчетливо. Это было в чистом виде тешение собственного эго. Ну а как же — на нее обратил внимание такой человек! А какой — такой? Как выяснилось, убийца и наркоман. Да и в целом… Таисия вспоминала, как ей нравились красивые ухаживания Павла, дорогие букеты, рестораны. А за этим всем стояло просто выполнением Павлом условий, которые ему поставил отец. Да что Павел собой представлял без Михаила Юрьевича? Ничего. Даже если бы не было этого всего — истории с гибелью семьи Артема, рехаба и всего остального, что за человек сам Павел Халяев? Таисия не потрудилась это узнать. Она упивалась красивой сказкой.
А сказок не бывает. И сегодняшний финал в виде навалившегося тела и противных мокрых прикосновений губ — закономерен.
Если ты пьешь с ворами, опасайся за свой кошелек. Если ты вступаешь в отношения с человеком и не смотришь дальше красивой картинки — пеняй на себя. А сейчас самое главное — что будет с Артемом из-за всего этого?
Тая повернулась, уткнулась носом в спинку дивана. На ее предыдущем месте работы, где был более молодой коллектив, очень любили во время чаепитий или обеденных перерывов обсуждать отношения в духе современных психологических тенденций. Рассуждали про личные границы, абьюз и здоровые отношения. Таисия в такие разговоры обычно не вступала, но сейчас вдруг вспомнилось. И подумалось — вот ее чувства к Артему точно не про здоровые отношения.
Потому что у нее сердце за него зашлось, когда увидела его лицо — белое, с алыми пятнами на щеках и черными от ярости глазами. На все была готова, лишь бы остановить его, не дать ему совершить самое страшное. И сейчас ее волновало не то, что ее пару часов назад пытались изнасиловать, а то, как бы вся эта история не ударила по Артему. Потому что за него болит сердце.
А он? Что — он?
Артем спас ее от насилия. И это такое… важное. Очень. Нет, даже не важное, тут другое слово нужно. Таисия не знала таких слов — в ее жизни не было таких событий. И не было ничего близкого тому ощущению, когда Артем все-таки остановился. Этого чувства его плеч и груди под собственными ладонями, как вдруг крепко-крепко обнял. До дрожи это чувство было, даже сейчас, когда вспоминаешь.
А он потом ушел. А что Артем должен был сделать? Остаться? Зачем? А еще он до сих пор носит обручальное кольцо на пальце. До сих пор любит свою погибшую жену.