Когда Уилсон вошел на кухню и увидел нас, он едва задержал на мне взгляд. Он не мог смотреть на меня слишком долго и прекрасно понимал почему.
Я положила вилку на тарелку с макаронами, сваренными Себастьяном, и откинулась на спинку стула.
– У меня пропал аппетит, – сказала я, сердито глядя на Уилсона.
От Уилсона не укрылся мой презрительный взгляд, как, впрочем, и от остальных. Я уже собиралась встать и уйти, но остановилась, услышав слова Уилсона.
– У них есть запись, Себастьян, – сказал он, глядя на него. – Они знают, что это был ты.
Себастьян очень серьезно посмотрел на Суареса.
– Как такое возможно?
Тот покачал головой.
– Уверяю, это невозможно. Все камеры были выключены…
– Запись сделана не в отеле, а по дороге из Центрального парка.
Увидев, как Себастьян изменился в лице, я поняла, насколько все серьезно.
– Самара… – прошептал он.
Он вскочил, чтобы выбежать из комнаты, но Уилсон удержал его за плечо.
– Слишком поздно…
– Конечно, нет! – крикнул Себастьян, отталкивая Уилсона.
– Она мертва, Себастьян.
Все замолчали.
Время как будто остановилось. Наконец, Себастьян схватил Уилсона за грудки и толкнул к стене.
– Что за бред ты несешь?
– Я узнал это от Маркуса, а ему сказал Кортес. Это Кортес приказал убить ее, когда узнал, что ты стоишь за похищением Марфиль.
Отец? Отец приказал убить бывшую жену Себастьяна?
– Откуда ты знаешь, что это правда? Откуда ты знаешь, что она мертва? – хриплым от горя голосом спросил Себастьян, и при виде такого отчаяния у меня защемило сердце.
Уилсон молча смотрел на него.
На миг Себастьян, казалось, потерял равновесие и оперся на Уилсона; затем отстранился от него и быстро вышел.
Мне так хотелось броситься за ним. Меня удивило, что вся ненависть к нему в один миг рассеялась.
Когда я встала, Суарес покачал головой.
– Дай ему побыть одному, – сказал он. – Так будет лучше.
– Но…
– Я его знаю. Ему нужно время, чтобы смириться с этим.
Я смотрела на дверь, за которой скрылся Себастьян, чувствуя отвращение к себе самой. Я ненавидела себя за то, что принадлежу к этой семье и во мне течет кровь убийцы.
После нескольких минут молчания, во время которых никто не сказал ни слова и не положил в рот ни кусочка, я подняла взгляд и посмотрела на Рэя.
– Я знаю, где можно поймать Маркуса с поличным, – заявила я, и все трое, Рэй, Уилсон и Суарес, пристально уставились на меня. – Если речь идет о торговле женщинами, я знаю место, где это происходит. Уверена.
– О каком месте ты говоришь?
– Это ночной клуб в городе, он привез меня туда однажды вечером… Хотел показать, что он может со мной сделать, если захочет. Решил показать, что женщины для него – не более чем вещь.
Я вспомнила, как он вошел в клуб с таким видом, словно был королем всего мира… Вспомнила, как он обращался с той девушкой, заставляя ее делать минет, и как искал мой взгляд, чтобы еще больше помучить.
– Где находится это место?
– Я не знаю точно, на какой улице, но это в центре Майами. Помню фасад здания, и если я туда заявлюсь, меня пропустят. У них есть мои отпечатки, он зарегистрировал меня, чтобы мне позволили его сопровождать.
– Ты с ума сошла? – сказал Уилсон. – Хочешь туда войти? Совсем голову потеряла?
Я с вызовом посмотрела на него.
– Хуже того, чем он уже со мной сделал, все равно ничего не придумать, – сказала я ледяным тоном. – Никто из вас не сможет туда войти, а я могу. Если это поможет собрать улики против урода, промышляющего торговлей женщинами и даже девочками, я готова рискнуть.
Все трое замолчали, серьезно глядя на меня, и я поняла, что они обдумывают мое предложение.
– Мне это кажется неплохой идеей, – произнес Рэй, поглядев на меня с уважением, которого до сих пор не выказывал.
– Ее нужно как следует подготовить, – добавил Суарес.
– Вы спятили? – вмешался Уилсон. – Себастьян ни за что этого не допустит.
– Себастьян просто потерял голову от такой девушки на его попечении, – сказал Рэй, испытующе глядя на Уилсона в ожидании, что тот возразит. – Мне очень жаль, но Себастьян лишился лидерства в ту самую секунду, когда его фотографии начали циркулировать по всей сети торговли людьми. И теперь он даже не может высунуть отсюда нос.
– Это не тебе решать, – яростно отрезал Уилсон, хотя по его тону я поняла, что он признает правоту Рэя.
– Я сам поговорю с Кэрол, если понадобится.
– Ты же знаешь, он никогда тебя не простит.
Рэй поднялся из-за стола, и мы все молча посмотрели на него.