Вернувшись в конференц-зал, Стефано устремил взгляд на сцену, с которой вещал очередной молодой гений от науки. Но мысли его при этом были далеко.
Он только что дал знать Анжелике, что их Дивизион - не такая уж секретная организация, как хотелось бы этого его членам. Как бы невзначай упомянув имена людей из верхушки правления, Стефано осознавал, что бросает своеобразный вызов французам. Это было, безусловно, опасно, но эта холодная война грозила слишком уж затянуться. Кордиале не любил долгие войны. Они утомляли, выматывали силы, лишали решимости. Ему по нраву был блицкриг.
Что ж, кажется, ты на него и напрашиваешься. Что по этому поводу думают господа Фламини и Росси, это уже совсем другой вопрос... и вряд ли ответ будет цензурным.
Он усмехнулся, чувствуя, как нарастает внутри возбуждение в предчувствии схватки.
_
12 февраля
Лондон
Погода в последнюю неделю выдалась ветреной и промозглой, заставляя прятать лицо в шарф или воротник – колючие снежинки, больше похожие на крошечные камешки, не щадили никого. Повышенная сырость словно намекала на то, что дома у камина или в ближайшем пабе будет куда уютнее, чем на продуваемой всеми ветрами февраля улице. Люди ускоряли шаг, стремясь побыстрее разобраться с делами и вернуться домой, к любимому пледу в кресле у растопленного камина, чтобы в обнимку с котом и большой чашкой чая наслаждаться теплом и интересной книгой.
Но настроение Адриане такие мелочи испортить не могли.
Вот уже месяц она пребывала в состоянии тихой, ничем не омрачаемой радости, и никакие причуды погоды не могли стереть мягкую улыбку с ее лица.
Кто бы мог подумать, что можно быть такой бессовестно счастливой, безо всяких «если» и «вдруг»?
Автомобиль остановился у подъезда с высаженными в большие горшки деревцами туи так мягко, что Адриана осознала это, только когда водитель повернул к ней голову:
- Приехали.
И от этого голоса внутри теплеет. Ух… ощущение полета, как в детских снах. Потрясающе!
Она немного нерешительно улыбнулась:
- Спасибо, что подвез.
- Да уж, по такой погоде не слишком приятно гулять, - отозвался он, отвечая искренней улыбкой.
- Через пару недель все станет совсем другим, - мечтательно проговорила Адриана, разглядывая изморось и легкий туман за стеклом.
В салоне было тепло, из динамиков доносилась негромкая музыка. Адриана прислушалась и невольно смутилась: настолько песня Леоны Льюис отвечала ее настроению.
Нет ничего, что я могу сказать тебе
Ничего, что я могла бы сделать, чтобы показать
Что ты значишь для меня
Без тебя я не могу дышать
Амедео не сводил взгляда с ее лица и слегка улыбался, как будто читая ее мысли. В синих глазах было столько света, что Адриана начала задыхаться от нежности, понимая, что не может отвести взгляд.
И неважно, что мы так недолго знакомы, и что он, возможно, совсем не так смотрит на ситуацию. Все неважно.
Он осторожно, ловя ее реакцию, прикоснулся к руке Адрианы, накрыл ее своей ладонью. Росси только вздрогнула от неожиданности, но протестовать и не думала.
- Нечасто жизнь делает такие подарки, - негромко произнес он, повернувшись к ней, поднял ее руку и легонько коснулся губами запястья. - Встретить родственную душу далеко от дома, там, где совершенно не ожидал, и чтобы она оказалась таким сокровищем – да такое только в сказках и бывает.
Он говорил искренне - в этом Росси ни секунды не сомневалась. Адриана быстро улыбнулась.
- С принцессой в башне, драконом-охранником и рыцарем? – весело спросила она. Амедео заливисто рассмеялся, сделал паузу, а затем негромко и с чувством пропел:
- «Нет больше тайны, Все предельно ясно: Ты – мой дом, который мое сердце искало так давно…»
Адриана почувствовала, что краснеет. Весь ее небогатый опыт романтических отношений не помогал сохранить спокойствие, когда она была рядом с Амедео. Конечно, признания в любви бывших ухажеров были богаты изысканными метафорами, цитатами из фильмов и прочим глубоким наполнением – но все это тускнело по сравнению с самыми простыми словами Амедео Лаццари.
- Это из фильма? – полюбопытствовала она, опустив голову. В одно и то же время ей хотелось смотреть на него неотрывно – и отвернуться, чтобы скрыть смущение и растерянность.
- Из «Шрека», - с готовностью откликнулся Амедео, широко улыбнулся. Потом нежно погладил ладонь Адрианы и переплел свои пальцы с ее.
Ох… такого со мной точно еще не было. Чтобы сердце так стучало, в голове ни единой связной мысли, и те самые бабочки в животе. Боже…