— Но это не повод убивать людей.
— Я убиваю тех, кто для меня опасен. И ты сейчас опаснее всего.
— Как я могу быть опасной для тебя? — сказала она, не понимая его слов. — Это в твоих руках пистолет.
«Ты сама подобна оружию для меня. Вот только ты об этом не знаешь…» — подумал Лиам, поедая ее своими темными глазами.
— Ты стала свидетелем того, чего не следовало видеть, и ты это прекрасно понимаешь. За это нужно платить, и платой будет твоя жизнь. Я мог бы просто язык тебе отрезать, но мы живём в другое время.
— Я ничего не скажу, обещаю.
— Одного обещания тут будет мало.
— Тогда делай, что хотел…
Лиам снова навел пистолет на неё. И снова медлил…
Черт. Он никак не мог решиться. И его это раздражало. Его сердце, его рука дрогнули. И перед кем? Перед какой-то девчонкой.
И хоть у Лиама было правило, которое он всегда пытался выполнить — никогда не стрелять в женщину или ребёнка, — но это был не тот случай, чтобы следовать своим убеждениям. Эта девушка… Чем она особенна? Что в ней такого, что заставило его сомневаться в своем решении? Лиаму интересно было бы это узнать. Он не мог ее убить, но и в живых оставлять было нельзя. Дилемма.
«Черт», — чертыхнулся он уже в сотый раз. Она его головная боль, с которой нужно было поскорее справиться.
— Хочешь жить? — вдруг спросил он её.
— Хочу, — коротко и ясно ответила она ему. — Я хочу жить.
Услышав то, что ему нужно было, Лиам опустил пистолет и спрятал его за спиной. Возможно, он пожалеет о своей слабости. Что ж, возможно, это будет не единожды. Пусть. Он справлялся с проблемами и покруче, а с этой, по имени «Андреа», уж и подавно справится.
Сделав пару шагов в ее сторону, он навис над ней.
— Есть одно решение. Но согласишься ли ты на него?!
Её глаза сразу заблестели надеждой.
«Дурочка. Если бы только знала, во что тебе обойдётся твоя жизнь, сразу бы согласилась на смерть».
— Какое? — спросила она, умоляя своими красивыми глазами.
— Тебе придётся выйти за меня замуж и взять мою фамилию. Только так ты сможешь жить и дышать этим воздухом. Так ты будешь защищена от других. Никто не посмеет обидеть мою женщину. Своих мы не трогаем.
Верилось в то, что он сказал, с трудом. А под дулом пистолета вообще казалось все нереальным.
— Не поняла...
— Ты все прекрасно слышала. У тебя может не быть второго шанса.
Он говорил о свадьбе, о своей фамилии, и о том, что она должна стать его женщиной, чтобы выжить. Это что, шутка? Зачем ему это?
Она — женщина убийцы, главаря мафии и человека, которого знает меньше суток. Сумасшествие. Но есть ли у неё выход? Его просто нет. Лиам её запросто пристрелит, если она откажется.
— Решать тебе, — пояснил он, видя, как она испугалась.
— У меня есть семья, друзья, и возлюбленный… что станет с ними? Как мне все объяснить им?
— Это не трудно, если хочешь спасти их, скажи правду о своей свадьбе.
— Брат мне не разрешит выйти замуж за тебя.
— А кто сказал, что до свадьбы надо говорить?
— Это сумасшествие. А как же мой жених? Я обещала выйти замуж за него.
— Если не можешь перенести с ним разлуку, то давай я тебя просто убью. Что лучше для него и для твоего брата? Твоя смерть или твое замужество? Ну и?.. — надавил на нее Лиам.
— Хорошо, — тихо сказала Андреа.
— Что «хорошо»?
— Я выйду за тебя замуж, — сказала она, смотря нерешительно в его глаза.
В душе Лиама разлилась некая теплота. Скрытно улыбнувшись, он схватил девушку за руку.
— Хорошо, Андреа, поздравляю с перерождением твоей души. Теперь у тебя новая жизнь… со мной.
Глава 1: Ошибка
Для Андреа сегодняшний день был особенный. Он был распланирован детально с утра до вечера. Но это только радовало ее, пусть день и будет из-за этого тяжелым.
— Это правда последняя операция на сегодня? — спросила Андреа девочек из регистратуры, на всякий случай сверившись со своим расписанием.
— Да, — хором подтвердили они.
— Уфф… — выдохнула она радостно и улыбнулась.
Значит, она сегодня отметит свой день рождения наконец-то со своими родными и близкими. Не то чтобы они редко встречались, просто у нее, как и у ее брата, работа редко предоставляла подобные привилегии. Ее брат полицейский, и он умудрялся работать по двадцать четыре часа в сутки, собственно, как и она.