Примерно через час после начала моей истерики раздался протяжный звонок в дверь, мы переглянулись, понимая, что только один человек так звонит. Вася поспешила открыть дверь.
– Васенька, доченька, помоги с сумками! – послышался запыхавшийся голос Екатерины Александровны, матери Макса. – Опять, наверное, забыли сходить за продуктами, ну ничего, я тут много всего принесла.
Так получилось, что Василиса потеряла своих родителей ещё в седьмом классе, они погибли в автокатастрофе, родственников у неё больше не было. Родители Максима помогли с похоронами. А когда пришли органы опеки, не позволили забрать её в детский дом - оформили опекунство, перевезли её к себе, заботились как о родной. Незаметно стали называть её дочерью. Квартиру, которая осталась от её родителей, они сдавали, складывая все деньги на счет Василисы. На эти деньги она и поехала во Францию на стажировку, а со студенческих времён жили здесь с Максимом.
– Ну, что за слезы? – протянула Екатерина Александровна, проходя в комнату. – Мне сын, конечно, рассказал, что здесь катастрофа случилась, но я не думала, что потоп. Кристинка, прекращай плакать, соседей затопишь, да и я забыла резиновые сапоги дома. – в этом была вся Екатерина Александровна. Если было плохо, она шутила, тем самым заставляя улыбаться. Действовало безотказно.
Я улыбнулась, вытерла слезы и, заикаясь, сказала. – Здравствуйте, тётя Катя, я постараюсь больше не плакать.
– Вот и правильно! Не стоят мужики наших слез! – она оглядела заставленный стол, покачала головой и решительно заявила. – Ну, нет, так тоску никто не выгоняет! Пострадавшая остаётся на месте, а Вася за мной на кухню. Вперёд!
Через тридцать минут миску с попкорном заменил салат, ведёрко мороженого - на нарезку, добавились фирменные пирожки тёти Кати и несколько бутылок вина. Если я так буду выгонять тоску и дальше, то сопьюсь, но с мамой Максима мы спорить не стали, давно поняли, переспорить её невозможно. Эта женщина была как локомотив, если разогналась, то остановить её можно, только столкнув в овраг. Но она не только к Васе относилась как к родной дочери, но и ко мне. Я часто сбегала к ним, чувствуя себя у них лучше, чем в родном доме. Так у тёти Кати появились две дочери, помимо сына.
Комедии сменила задорная музыка, а когда вино было выпито, Вася нашла диск с караоке. Вообще-то у нас было несколько подобных дисков. Это единственное увлечение, которое объединяло всех троих. В детстве мы убегали к игровому автомату «Пой как звезда!», а когда стали старше, то начали ходить в караоке-клубы. Но если у нас не получалось выбраться в заведение, то мы устраивали музыкальные вечера дома. И тут все соседи поняли, что в квартире кому-то действительно плохо. Потому как тётя Катя затянула одну грустную, но свою самую любимую песню. После чего полностью предоставила право выбора композиции нам с Васей. Звуки музыки усилились, когда в очередной раз позвонил мой бывший. Ответила ему Василиса, выговаривая все, что о нем думала. Тётя Катя и Вася начали танцевать, а я подпевала очередному шлягеру, так как танцевать вместе с ними не могла.
Максим вернулся с работы. Скрестив руки на груди и привалившись к дверному косяку немного насмешливо произнёс. – Мама, я просил не давать Кристине скучать! А ты что устроила?
Мама Максима остановилась, повернулась к сыну, от выпитого вина её язык немного заплетался. – «Йик». Мы боролись с тоской! Зато, «ийк», Кристиночка больше о нем не думает! Правда, же, золотце, «ийк»?
Я подтвердила, а ведь и правда, с приходом Екатерины Александровны я о бывшем даже не вспомнила, если не считать телефонного звонка. Мы с Васей пьяными не были, поэтому отчётливо всё помнили и понимали. Макс уложил свою маму спать. Предупредив, что мы с Васей спим сегодня в одной комнате. Возражать не стали. Нам так было весело, что мы продолжили петь. Екатерину Александровну разбудить не боялись. Знали, спит она крепким беспробудным сном. Максим пить нам больше не разрешил, поэтому отправился в магазин за соком, так как все запасы в холодильнике закончились.
Диски пошли по второму кругу, и мы нашли музыкальный канал, где как раз показывали караоке. Заиграла популярная композиция одной знаменитой группы с не очень цензурными песнями. Я пела, пританцовывая, сидя на диване, когда дверной звонок разразился очередной трелью. Вася, танцуя пошла открывать.