Похоже, в этом году придётся справляться своими силами.
— Помнишь, ты рассказывал о сквайре, с которым познакомился зимой по пути в Черный холм? Его семья потеряла статус хранителей, потому что проход, за которым они следили, запечатали?
— Маркус Бленкерт. У него племянники достойное дело ищут, верно, — сообразил, о ком речь, Хингем. — Написать ему?
— Думаю, что пора. Стройка скоро закончится, можно будет и вглубь ходить, и патрули пускать. Сведущие люди понадобятся. Я на всякий случай оставила Вандербергам поручение нанимать одаренных мигрантов из Марки, но что-то результата не видно. Придётся искать самим, здесь.
— Найдём. Кого попало нанять можно хоть сейчас, но нам же воры не нужны.
— И то верно… Так. На десять часов, примерно шагов шестьсот.
Способу с использованием циферблата часов для ориентирования Анна научила вассалов недавно, когда ей надоело махать руками, указывая, в какой стороне нашлось нечто интересное. Правда, она увлеклась объяснениями, и попутно изготовила настольные часы, в качестве образца взяв виденные в доме Торнтонов. Выверить точность хода у неё не было возможности, механизм безбожно сбивался и периодически останавливался, поэтому окончательную доводку оставили на будущее. Но выглядело красиво.
— Трое людей, — прислушался к собственным ощущениям сэр Джон. — Слабые мажата. Не встречал их прежде.
Стормсонг недовольно поджала губы. Трое одарённых, на её земле, без уведомления! Нет, понятно, что соседи привыкли ходить по выморочному участку, никого не спрашивая, но теперь-то у леса есть хозяйка! О чем они, наверняка, знают.
— Пойдём, познакомимся.
Перехватить незнакомцев удалось без труда, те шли, не сворачивая и не скрываясь. Уже через двадцать минут Анна, накинувшая на себя размывающий очертания морок, разглядывала пришельцев. Смотрела издалека, разумеется — сплести заклинание, способное укрыть от одаренного вблизи, её умений не хватило бы.
Троица, в полном соответствии с описанием Хингема, не впечатляла. Двенадцатый ранг, максимум — одиннадцатый. Обычные егеря, молодые парни, самому старшему лет двадцать пять. Наверняка чьи-то вассалы, обученные ходить по лесу, добывать ингредиенты, освоившие с десяток заклятий и пяток навыков. Полноценного образования нет, передаваемые в семье знания изучили только в жизненно необходимой части, зато наглости и гонора выше крыши. Дома, в Марке, Анна насмотрелась на таких, правда, в её присутствии они вели себя вежливо, из уважения и страха перед именем Стормсонгов. Сейчас, надо думать, вежливости ждать бессмысленно.
Значит, будем обламывать.
— Кто вы такие и что делаете на моей земле?
Парни аж подпрыгнули от неожиданности. Они обоснованно считали себя опытными лесовиками, вдобавок к обычным умениям охотника развивали колдовское чутьё, то есть думали, что подобраться к ним незамеченными сложно. В общем-то, так оно и есть. При других обстоятельствах Анна тоже не смогла бы остаться незамеченной — насчет дяди Джона она не зарекалась, у того куда больше опыта — однако сейчас на её стороне играли два фактора. Во-первых, она встала так, чтобы оказаться у троицы на пути, ей было достаточно стоять и не шевелиться. Во-вторых, соседушки до того расслабились, что по сторонам не смотрели. Шли, перешучивались, обсуждали общих знакомых. Совершенно неуместное поведение.
— Чего⁉ — не разобравшись в ситуации, завопил идущий первым. — Ты кто такая⁈
Мысленно поставив ему диагноз, Анна протянула в его сторону руку, и щелкнула большим и средним пальцем. На указательном пальце, направленном точно на крикуна, быстро набухла, налилась густым зеленым светом и сорвалась по прямой вперед яркая капля. Она остановилась, задержанная личной защитой одаренного, но спустя секунду дернулась, плавно преодолела щит и влилась в грудь.
Повисла тишина. Все смотрели на ощупывавшего себя егеря, стоявшего с непонимающим видом. Справедливости ради — самый старший из троицы мигом окутался дополнительными щитами, готовясь к бою.
— Моё имя — Анна, леди Стормсонг, милостью его королевского высочества Альбрехта с недавних пор владелица усадьбы Воробьиный Луг. Повторяю вопрос. Кто. Вы. Такие?
Крикун, похоже, уверился, что ничего ему не сделалось, и открыл рот, готовый выдать очередную глупость. Его намерениям помешал внезапный и очень громкий звук, изданный животом. Парень дернулся, взглянул вниз. Следующее бурчание, похоже, сопровождалось дополнительными ощущениями, потому что он внезапно сорвался и бросился в кусты.