Сэр Джон захохотал. Предводитель троицы, провожавший ошарашенным взглядом помощника, резко повернул голову, только теперь заметив второго из встретивших их одарённых. Анна резко выдохнула. Должно быть, лицо у неё сделалось жуть каким выразительным, и незваный гость понял, что, если продолжит молчать, с ним сделают нечто совсем нехорошее. Поэтому заговорил:
— Меня зовут Юрген Хоэр, домина, это мои братья Эмиль и Гюнтер. Мы служим барону Айхену.
— И что вы делаете здесь?
Из кустов раздался неприличный звук.
— Так, это, всегда тут ходили, — пожал плечами молодой мужчина. — Места-то ничейные.
Глаз у девушки дернулся.
— Были ничейные, — сообщила она. — Теперь мои. Барон должен знать. Передашь ему наилучшие пожелания и просьбу следить за своими людьми, чтобы избежать в будущем неприятных инцидентов. Неприятных и болезненных, если вы продолжите залезать на мою землю. Понятно?
— Чего ж не понять, — с кислым видом вздохнул Юрген.
— Тогда оставьте мешки, и можете уходить, — из кустов снова послышался хрип, стон, комплект непередаваемых звуков, сопровождаемых грубыми ругательствами. — И засранца с собой заберите, нечего мой лес удобрять.
— Мы у вас ничего не брали, в мешках на нашем участке собранное!
— Значит, будет компенсацией за незаконное вторжение. Всё, сгинь, пока я не передумала.
Суровый феодальный закон многое позволял сделать с нарушителями, вплоть до казни. Правда, в Черном Кольце и иных землях с особым статусом обычно ограничивались штрафом, в тяжелых случаях за браконьерство сажали в тюрьму. Всего лишь отняв добычу, Анна поступила в меру милостиво. Показала, что прощать не намерена, но и портить отношения с соседями не хочет.
Мешки братья Хоэры побросали, решив не гневить злую магичку, но покинули её общество не сразу. Помешал страдалец в кустах. Чистило его жестко, поэтому ноги парня не держали; кроме того, натягивать на него штаны братья не рисковали, потому что заклятье продолжало действовать, периодически радуя мир содержимым кишечника. Короче говоря, дристуна подхватили под руки и повели, сверкая голым задом, лишь бы подальше от страшной женщины.
— Чем ты его приложила? — посмеиваясь, подошел дядя Джон. — Ту зеленую каплю щиты не остановили.
— Медицинское заклинание, Хелена научила. Оно угрозы жизни не несет, поэтому большинство стандартных защит его пропускает.
— Не угрожает жизни? Да как сказать. Видел я людей, умерших от кровавого поноса. Страшное зрелище.
— От заклятья таких последствий не будет, оно безопасно.
Провожать троицу они не сочли нужным. Вряд ли те захотят вернуться, у них сейчас совершенно иные желания. В оставленных мешках ничего ценного не нашлось, хотя зачем братья собирали совершенно обычную травку, было непонятно. А ведь причина имелась, раз тратили время, выкапывая с корешками и аккуратно заворачивая во влажные тряпочки. Вот, тоже проблема — будучи чужими, Анна и Хингемы не разбирались в эндемиках Кольца, они банально не знали, какие растения являются ценными и насколько.
Требовался абориген. Только где его искать?
— Попробую в Гильдии нанять, — поморщившись, решила леди. — Должны же у них быть специалисты.
Идея не самая лучшая, но других вариантов она, пока что, не видела. Посвящать посторонних в личные проблемы — плохая практика, тем более не желательно пускать их на свою территорию. Увы, пока так.
Ещё, надо признать откровенно, ей требуется отдых. Хотя бы недельку поваляться в постели, не занимаясь никакими делами, и поглощая килограммы вкусной еды на радость Мэри. Потому что вспышка ярости, стремительно накатившая при виде нарушителей и так же мгновенно потухшая — это плохой признак. Усталость-то копится, а жить в постоянном напряжении невозможно. Может, уменьшить количество ежедневных занятий? Так ведь Анна учила только самое важное, ничего лишнего в программе нет. Даже биомантией, наукой нужной, можно сказать, в их условиях необходимой, она занимается по остаточному принципу. Время тратится на отработку навыков, артефакторику и полученные в Букеле заклятья. Ещё одно заклинание, боевое, купленное в Ахене, лежит в записанном виде в ларце нетронутое. Девятый уровень, никак руки до него не дойдут, а следовало бы.
Вот и выходит, что темп тренировок снижать нельзя. И прочие дела, начиная от стройки и заканчивая перепиской с Вандербергами, тоже отложить нельзя. Среди того, чем она занимается, неважного нет; всё требует сосредоточенности, внимания. Поэтому об отдыхе остаётся только мечтать, а вместо постельки придётся ограничиться пустырником. Он от нервов помогает, авось успокоит в достаточной мере, чтобы на окружающих не бросаться.