— Какая удивительная вещь, — оказавшись внутри кареты, клирик принялся вертеть головой. — Внешние формы несколько непривычны, но внутреннее убранство поражает удобством.
— Этого удалось добиться не сразу, — прокомментировала магичка. — В первом варианте стены выложили из досок, кое-как обтянутых тканью, а вместо сидений приклеили набитые травами матрасики. Только в Аутрагеле нашли мастеров, сумевших облагородить экипаж изнутри — украсить погребок, привести в порядок багажный отсек, пошить хорошие кожаные сиденья.
— Я слышал, что вы сами его создали, — кивнул инквизитор. — Позвольте выразить своё восхищение — слухи о вашей гениальности в артефакторике ничуть не преувеличены!
— Всего лишь новое прочтение старых истин, святой отец.
Дорога заняла примерно полчаса, на протяжении которых спутники вели легкую, необременительную беседу. Анна из неё узнала, например, что прежде западные части Черного Кольца целиком принадлежали Бромме, но ещё при жизни отца нынешнего князя Фризия сумела наложить на них лапу, воспользовавшись внутренними сложностями соседей. Судя по тончайшему намеку, церковь Спасителя была бы не против вернуться обратно, в дружескую к ней юрисдикцию. Святой Престол опирался в Кольце на многочисленную прослойку сторонников, среди которых имелись представители могущественных родов, даже обладатели графских титулов. Влиянием старая церковь пользовалась серьёзным. Хотя их реформистские коллеги-оппоненты усилия тратили не зря и свою долю паствы отобрали.
Мотивы инквизитора были очевидны. Он помнил, что леди Стормсонг является креатурой Серого курфюрста, и пытался прощупать, насколько она верна покровителю. Для чего окольными путями показывал альтернативу. Анна ему не мешала, и всячески демонстрировала заинтересованность — она не собиралась обманывать Альбрехта, но нуждалась в сведениях о местных порядках. Информацию она потом, разумеется, проверит. Даже если та окажется полностью ложной, понимание, в каком направлении «копать», само по себе является ценным.
После соломенных крыш, маленьких домиков свежей постройки, куч глины и раскопанной земли Воробьиного Луга поместье Дорзелеров на контрасте выглядело настоящим феодальным замком. Полноценным, пусть и небольшим. Каменный господский дом с узкими окнами-бойницами, двухэтажный и с дополнительной башенкой, окружала крепкая каменная же ограда высотой в два человеческих роста. Вокруг них расположилась деревня, где проживали слуги и вассалы баронов, причем её тоже защищала стена, стоящая на насыпи и сложенная из крепких бревен. Перед стеной находился ров с водой. Анна уже второй раз сюда приезжала и снова изумлялась. Положим, одаренным несложно и вал насыпать, и ров создать, и стену каменную построить, и всё остальное сделать. Но вместе?
Должно быть, Дорзелеры изрядно потратились на укрепления. Понятно, почему.
— Святой отец, домина Стормсонг, — к вышедшим из остановившегося экипажа гостям немедленно подошел Эрик Дорзелер, второй сын барона. — Рады видеть вас на нашей земле. Вы удивительно вовремя, отче.
— Почему же?
— Одержимый едва не выломал дверь камеры, где мы его держим. Пришлось использовать заклятье очищения. Оно его вырубило, но не думаю, что надолго.
Инквизитор недовольно нахмурился.
— У него бывают моменты просветления?
— Когда только поймали, он на пару минут пришел в себя, назвал имя — Якоб из Тирса. С тех пор либо без сознания, либо буйствует.
— Что с ним сейчас?
— Спит, — пожал плечами герр Эрик.
— Тогда сразу им и займёмся. Простите, домина, вынужден вас покинуть.
— С вашего дозволения, я хотела бы присутствовать при изгнании, — попросила Анна. — У меня мало опыта в данной сфере, буду счастлива увидеть работу мастера.
— Так уж и мастера, — улыбнулся священник. — Способы очищения, практикуемые магами и слугами Спасителя, различны по сути. Впрочем, домина, я не возражаю.