Пальто молча смотрело на мальчишку, понимая, что тьма поглощает его, застилая чернотой голубые глаза и чистейшую душу ребенка, тем самым приближая его к отказу от света.
– Это нечестно, – сказал седовласый старец, оказавшись рядом с Томасом. – Тупая манипуляция. Это подлость, а не победа, мой дорогой ученик.
Мальчик упал на землю и затрясся. Тени приблизились к нему и наблюдали, как его рот наполняется черной грязью и сущностями, которые плодились мгновенно, наполняя все его тело своими экскрементами и останками, продолжая перерождаться.
– Стой, глупец, – прошептала тень, задержав Зельца. – Я не дам тебе все испортить! Мы почти добились цели!
Черное пальто, воспользовавшись когтями, разодрало тень и стало отпугивать остальных, вытащив из себя все прутья, что обычно скрыты от посторонних глаз. Вернувшись в мир живых, Зельц увидел двенадцатилетнего мальчика в коме, который трясся и не мог позвать на помощь. Его губы посинели, а во рту кипела черная жижа, постепенно стекая по подбородку.
– Вы правы, учитель, – сказал он, склонив голову и протирая рот мальчика, – это не победа, а поражение.
Зельц вернулся к фантомному телу Томаса и увидел, что его душа растерзана на множество кусочков голодными пауками.
– Ты этого добивался? – спросил старец. – Я могу поздравить тебя?
– Нет! – раскричался Зельц, обратившись в молодого юношу. – Простите меня, учитель! Прошу вас! Помогите мне спасти мальчика…
– Верни мой посох, – сказал он. – И не претендуй на абсолютную власть.
– Я на все согласен! – вопил юноша. – Никогда не смогу пойти против вас!
– Мальчишка вернется к жизни, – пояснил седовласый старик. – Но тьма не отвяжется от тебя. Ты знаешь, что нужно делать.
– Знаю, – ответил юноша, накинув черное пальто. – Благодарю вас за помощь, учитель.