– Пробовал – не получилось. Комп постоянно снимает ускорение не вовремя. Да и индекс вроде как позволяет в ручном режиме работать. Так эффективнее.
Последнее утверждение явно было лишним, поскольку вызвало ехидную усмешку и заставило собеседника поднять брови вверх.
– Да ну? Правда? А давай проверим, – после чего Андрей произнёс куда-то в сторону: – Умник, будь добр инцидент на Сангории, запись 4578.
Пространство над столом заполнило трёхмерное поле, демонстрирующее начало моего первого боевого вылета против корн. Ребята уже это видели, давным-давно выразили своё восхищение, но я даже не предполагал, как ещё можно интерпретировать схватку, принёсшую на мой счёт три уничтоженных средних цели.
Для начала Андрей поинтересовался, за каким лешим я не использовал маскировку «беркута», а полез в открытый бой. Мои потуги отбрехаться сложностью ситуации и необходимостью спасти экипаж патруля, у которого резерв к тому времени иссяк, привели лишь к наглядной демонстрации надлежащего использовании всех возможностей разведчика.
В варианте, продемонстрированном Архонтом, Тень применила сквозное маскирующее поле, пилоты обменялись данными о синхронизации атаки, после чего разведчик переместился к сражавшимся и совместно, буквально двумя ударами справилась с рейдером.
Затем, взяв контроль за системой уклонения истребителей и вписав их в свой алгоритм противодействия, три корабля совместно атаковали пару корн. После этого безо всяких прыжков в течение четырёх минут первый корн был выведен из строя массированным ракетным пуском и тройным ударом носовых орудий, а второй остался беззащитным после нейтрализации основного вооружения точным отстрелом управляемых плазменных зарядов и сдался.
Итог схватки – сохранение всех трёх машин, три же призовых энергоячейки, расход ментального индекса пилота «беркута» половина вместо девяти десятых, как было в моём случае. И Андрей, что примечательно, даже не стал выпускать автоматические дроны с непонятным названием, сохранив их на корабле.
– Ладно, – сжалился надо мной ветеран, – сработал ты как мог, задачу выполнил. Да и куда без опыта, на одних лишь игровых рефлексах, брать контроль над группой. Кто другой вряд ли бы вообще вытянул ситуацию, так что молодец. Но к чему стремиться, надеюсь, вы уяснили, и зачем вас командир гоняет, понимаете. А раз так, допивайте свой чай и пойдём снова в виртуалку, у меня мысль пришла, свежая.
Всё это отлично работало – ребята сразу потянулись вверх. А вот мой пси-индекс рос крайне медленно, зато развивалось умение им эффективно пользоваться, что положительно сказалось на реакции и времени работы в темпе.
Научные деятели тем временем занимались научными деяниями, как им и положено. По пути они время от времени третировали Колобка и меня (да-да, добрались-таки). В основном это была заслуга сестрёнки. Ей ни с того ни с сего пришла в голову гениальная идея, будто бы корабельное медоборудование послужит с гораздо большей пользой, ежели засунуть в него любимого брата. Что она и проделывала.
Когда я попробовал сослаться на рабочее расписание, сестра выпросила меня у моего же начальства, всегда готового оказать услугу медикам, да ещё и таким симпатюлям. Ну а там и учёные не смогли пройти мимо такого занимательного объекта для изучения.
Пришлось от всех прятаться. Не знаю, как друзья, но лично я весь корабль исходил вдоль и поперёк, побывал даже в рубке, куда был допущен с целью ознакомления, а вдруг придётся порулить, а мне не сообщили, куда бежать в случае чего и что нажимать. Ладно-ладно, знаю, что шансы нулевые, но чего не помечтать-то?
Помните, с самого прибытия я собирался побывать в энергоотсеке? Совместить, так сказать, полезное с приятным – изучить в подробностях инженерные решения новоросских кораблестроителей, а заодно пообщаться с местными гениями. Вдруг присоветуют что дельное применительно к «беркуту», покинутому и оставленному в одиночестве. Эх, как-то там себя Тень чувствует?
С главным энергетиком судна мы уже познакомились, устное приглашение в наличии имелось, потому, как только выдался свободный часик, я вынырнул из гравитоннеля и вторгся на территорию владений Николая Викторовича. Система безопасности безо всяких вопросов отворила двери, хотя, по идее, не должна была пускать кого попало в сердце корабля.