Надо же, получилось. С трудом смог достать в-Гроха ракетным залпом, подорвав заряды близко к его оболочке. Три-четыре, ну хотя бы так.
Вместе мы и вернулись. Ар-Ва-Кор проводил меня до границы купола, пожелал успехов и улетел заряжаться. Я же приземлился на площадке, где меня уже поджидал Михаил.
Я выскочил довольный и разгорячённый боем. Беспокойство за Колобка никуда не исчезло, но как-то сгладилось. В самом деле, ну что ему может сделаться, если над этим бестолковым шариком колдуют лучшие умы Ар-Ва-Кор. А уж кто-кто, а они точно все болячки энергетических организмов знают на ять. Настроение разом поднялось, и я, немного рисуясь, проигнорировал платформу и спрыгнул на покрытие площадки с высоты четырёх метров, выпрямился и посмотрел на моего друга.
– Здоров, Васька! Неплохо отстрелялся.
– Ага, мне самому понравилось, – жму протянутую ладонь.
– Чем дальше намерен заняться?
Я рассказал подробности, касающиеся Колобка. Мишка задумался ненадолго и сообщил мне важную новость:
– Слушай, я только что видел профессора. Он торопился куда-то на «Странник», приодетый в вакуумный скафандр. А за ним телега с причиндалами, весом под тонну. Интересует?
– Ещё как! – как вовремя я Мишку встретил, – тогда я бегом в центр, может там всё и прояснится.
– Давай, а я пока тоже слетаю – разомнусь.
В научном центре, куда я вбежал буквально через минуту, вихрем промчавшись по городку, мне ничем помочь не смогли, мол, извини, он ушёл, но обещал вернуться. Выйдя на улицу, хлопнул себя по лбу. А позвонить, прежде чем бежать сломя голову слабо было? Совсем плохой стал.
Л-Гортар ответил сразу и всего лишь одним словом: «Приходи». Ну вот – совсем другой разговор.
Я переоделся в свой напоминающий гробик скафандр (надо бы подобрать облегчённую модель, а то какой-то он не комфортный) и, пройдя все положенные процедуры, очутился перед закрытым мембраной силового поля проходом на «Странник».
Внутри того самого зала, откуда не так давно был изгнан, четыре целителя напоминали пауков, окруживших жертву и вот-вот готовых впиться в неё жвалами. Чёрные шары висели вокруг центра зала, окружая нечто, напоминавшее кокон бабочки, но сотканный не из невесомых нитей шёлка, а из тончайших энергетических потоков, каким-то образом укутывавших моего Колобка.
Всё это я разглядел благодаря появившейся привычке видеть не только глазами. Во время постоянных походов внутри «Странника» я привык часами жить совершенно в другом мире, где человеческие органы чувств вообще ничего не могут сказать об окружающем пространстве. Поэтому счёл полезным развивать талант энергетического зрения и намеренно не задействовал возможности компьютерной интерпретации, стараясь разобраться в мельтешении непонятного самостоятельно, руководствуясь лишь подсказками хозяев корабля. Насмотрелся, называется.
Постепенно стал замечать, как даже находясь в привычной среде, на базе или на крейсере, я продолжаю смотреть вокруг в двух диапазонах сразу. Это часто выручало, особенно когда требовалось отличить одного Ар-Ва-Кор от другого. Но однажды…
В тот раз я был неожиданно разбужен вызовом из лаборатории – что-то не ладилось с воскрешением одного из Ар-Ва-Кор. А до этого мы с л-Гортаром шесть часов подряд провели на его корабле за разбором выданных в Академии заданий, в коих капитан «Странника» быстро разобрался и теперь всячески старался поспособствовать моим тренировкам. Короче говоря, спать я лёг за час до неожиданного вызова.
И вот представьте – глаза слипаются, совершенно не желая открываться. Но бежать на выручку надо. Ну и побежал, даже не заметив, что перемещаюсь по территории лагеря с закрытыми глазами, наблюдая за происходящим внутренним зрением.
Потом мне рассказали, как я влетел в бокс лаборатории, всем сказал «доброе утро» и поинтересовался, что же нужно делать. Глаза при этом закрыты, весь взъерошен, как воробей, и по первому представлению явно сплю. Чуть не довёл до кондратия двух лаборантов. После того случая пришлось прослушать небольшой разъяснительный курс от нашего корабельного кока, оказавшегося, как ни странно, наиболее компетентным специалистом по данному вопросу, и еще пару дней воздержаться от желания «заглянуть за угол».
Но сейчас случай особый. Я видел сплетение энергии вокруг моего друга, чувствовал самого Иллара в коконе, знал, что с ним всё в порядке, он доволен и, нет, не спит, а весь поглощён созданием сверхсложной сети, объединяя воедино разрозненные части мозаики из собственных и заимствованных органов. Откуда знал, не знаю. Чувствовал, что всё в порядке и всё тут.