Ева улыбнулась и встала:
— Знаешь хотя бы, как танцевать, герой?
— Эй, я вообще-то был на школьном выпускном. И выжил после трех вальсов.
Ева подошла ближе:
— Ну ладно, давай потанцуем.
Love, only love
Can break down the wall someday
I will be there, I will be there
Глеб чувствовал жар дыхания на своей щеке, тепло чужого тела, такое настоящее, живое тепло, что на мгновение гибель Евы показалась какой-то дурацкой шуткой. Вот же она, смеющаяся семнадцатилетняя девчонка, чье сердце бьется громко и яростно, будто бросает вызов небытию.
Как она может быть мертва?
f we'd go again
All the way from the start
I would try to change
The things that killed our love
— А с Алексом вы тоже сюда ходили? — вырвалось у Глеба.
Зря он это спросил. Ева отстранилась и потемнела лицом. Песня закончилась. Кажется, Глеб мог бы написать пособие «как испортить праздник всего за одну секунду».
— Прости, просто… — он не знал, как оправдаться, — Знаешь, мы просто с ним много тусим, а у меня никогда не было настоящих друзей и…
— Как трогательно, — перебила Ева, — Подскажи, когда заплакать.
— Бывают моменты, когда ты не кидаешься на людей?
Ева скрестила руки на груди:
— А ты себя со стороны слышал? Всерьез решил пожаловаться мертвой девчонке на жизнь? Бедный-бедный Глеб, его первый друг оказался козлиной, ах, какое горе!
Глебу стало жарко от злости. Сколько можно нападать на Алекса? Что он такого сделал, за что Ева так его ненавидит? Не навещал ее могилу каждый день?
Но Глеб не успел ничего сказать. Ева зарыдала. Это произошло как-то вдруг, словно что-то в ней надломилось. И все стало неважным, кроме рыдающей навзрыд призрачной девчонки.
— Что мне сделать? — Глеб попробовал обнять Еву, но она оттолкнула его:
— Ты не поймешь. Зря я все это затеяла, ты мне не поможешь.
— Я хочу понять, правда хочу, — Глеб чувствовал себя беспомощным.
Ева ответила не сразу. Видно, обдумывала что-то.
— Ладно, — наконец сказала она, — Приходи завтра в полночь к лесной опушке. Только есть два условия. Первое: прихвати с собой нож. Второе: деду не слова. Он ни тебе, ни мне не друг, ясно?
Всех вокруг тянет в этот чертов лес! И зачем Еве понадобился нож? Глеба передернуло, стоило вспомнить про лесные болота.
— Знаешь ли, я смотрел НТВ вместо «Спокойной ночи, малыши» и знаю, чем обычно заканчиваются такие истории, — пошутил он.
Но Ева не засмеялась.
— Можешь не приходить, твое дело, — она вытерла слезы рукавом, — Лежи в теплой кроватке и гадай, что за тайны скрывает твой брат, братан, братишка. Вы уже с ним поклялись в вечной дружбе на крови?
— Да почему сра… — Глеб осекся.
Кладбище было пусто. Определенно в жизни призраков есть свои плюсы. Глеб бы не отказался от способности появляться и исчезать, когда захочешь.
****
Глеб так и не смог уснуть. Ходил из угла в угол комнаты, слушал музыку и думал: идти завтра к Еве в лес или не идти? Несколько раз порывался разбудить деда, спросить совета, но каждый раз останавливал себя. Да, Иван Павлович — никакой не псих, а знающий, теперь это очевидно (и на том спасибо). Да, наверняка он уже имел дело с мертвецами.
Но может ли Глеб ему доверять?
Он почти не знал деда — это раз. Два — Иван Павлович явно не хотел помогать Еве. Три — она уверяла, что дед им обоим не друг. Что, если Ева права? Вдруг узнав, что она обратилась к Глебу, дед навредит ей? Заставит исчезнуть? Глеб точно не знал, как дед сможет это сделать — еще бы, он и про свои способности мало что пока понимал — но в голове раз за разом рисовалась картина: Иван Павлович раскапывает могилу Евы, засыпает остатки солью, поливает бензином и поджигает. Как охотники за нечистью в «Сверхъестественном».
На рассвете усталость начала брать свое. Глеба затянуло в полудрему-полуявь. Так бывает, когда высокая температура, и тело наливается жарким свинцом, пытаешься вдохнуть — и захлебываешься вязкой чернотой, и тонешь, тонешь, тонешь, да все никак не отмучаешься.