– А как же благодарность за спасение? – выгнул он темную бровь.
– Спасибо, – искренне сказала я и положила руку ему на грудь, пытаясь оттолкнуть от себя. – Я пришлю коробку конфет.
Незнакомец вновь тихо рассмеялся, только в его темных глазах смех никак не отразился.
– Конфет будет мало, мне нужен поцелуй.
– Чего? – опешила я.
– Поцелуй, – спокойно повторил он. – Не так уж и много.
Мужчина крепче прижал меня к себе, и я охнула от той силы, с какой он это сделал. А дальше мне не дали ничего ответить, воин поднес измазанную в чужой крови ладонь к моему лицу. Пачкая, провел пальцами по коже и быстро склонился.
Я попыталась увернуться, но он схватил меня за затылок и наши губы встретились. Это был требовательный поцелуй. Мужчина впивался в меня заставляя отвечать, а я к своему стыду была так ошеломлена, что не могла, да и не хотела отрываться от него. Мир сузился только до нас двоих и было как-то без разницы, что я позволяю кому-то вот так легко проникать в меня горячим языком. Мужская ладонь прошлась вдоль моего тела, лаская талию, бедра, заползая под юбку. Он крепко сжал мою ягодицу, а я не смогла сдержать стон.
Казалось, этот звук привел нас обоих в чувства.
Я распахнула глаза и резко отстранилась.
– Сволочь, – со всего размаху я влепила ему смачную пощечину.
Удалось это только потому, что он никак не ожидал этого. Глаза напротив меня вспыхнули пламенем ярости, и мне тут же захотелось сбежать с криками куда подальше.
Глава 2
Зортангор
От наполнившего воздух запаха страха и насилия тьма зашевелилась внутри, словно блохастый пес, прося почесать и выпустить ее наружу. Она шептала мне, взывала к оставшейся части разума, которую еще не поработила.
Смерть. Кровь. Доносящиеся из глубины леса крики испуганных дев и их погонщиков. Все это ничуть не помогало контролю. Тьма требовала отдать ей кровавую дань, хотела платы за свое терпение. Она и так позволяла мне слишком много, считала любимцем, не оправдавшим возложенных на него надежд. Пришло время расплачиваться.
Обезумевший волк попался как нельзя кстати, он настолько утратил рассудок, что скорее загрыз бы невесту, посланную богами, чем использовал по назначению. Слабохарактерный юнец, сдавшийся на потеху проклятия. Из всех инстинктов ему был доступен лишь самый низменный: голод. И я ничуть не жалел, что заткнул им пасть собственной тьме.
Кожа чесалась от желания обернуться и как можно скорее взмыть в воздух, подальше от мрачного туманного леса, но его магия не пускала на волю мою вторую сущность. Досадно, но не более. Второй раз все ощущалось более привычным.
На время затмения лес погрузился в самый настоящий мрак. Казалось, даже звери и нежить угомонились и приняли эту передышку, ниспосланную богами, но теперь, стоило светилу вновь показаться на горизонте, весь лес будто ожил. Я слышал, как неподалеку топчутся зомби, на охоту вышло несколько оголодавших упырей, привлеченных криками и таким вкусным страхом. Они отлично чувствовали перенесшихся в эту ночь дев, бестолково петлявших и не понимающих, где оказались. Да и проклятые черной луной на вкус были ничуть не хуже, если бы зазевались.
Я старался сдерживаться, не пугать девчонку. Пока она не посмела меня ударить. Вспомнил, как тряслась в прошлом году Марта, боясь не то что слово мне сказать, а даже пошевелиться в моем присутствие. Нежная, хрупкая дева с белыми, как снег, волосами, такая маленькая и худенькая, что едва ли пробуждала мое естество. Однако я не мог себе позволить отказываться от девы, что так удачно попалась мне на пути. Из леса можно было уйти и ни с чем. Проклятие рождения в нашем мире – не дикая редкость, и мужчин, каждый год бороздящих туманные леса, как стадо тупых упырей, хватало.
Может, и не стоило удивляться, что Марта не смогла выжить в моем мире. Эта куда более бойкая и смелая. Может, даже чересчур, но с этим я мог разобраться позднее. Не считая странного цвета волос, который в слабом свете луны отливал розоватым, эта девушка казалась куда более здорова на вид.
Здорова, но все же глупа.
Я тряхнул головой, прогоняя желание ответить. Нет, это же не юнец-смертник из моей стражи. И хоть тьма предвкушающе заворчала, вторя оскорбленному дракону, я поумерил их пыл, сдерживая порывы. Нет, пусть я с трудом хватался за сознание, все же не дошел до того, чтобы бить женщин. Им можно было найти куда более приятное применение. Руку все еще приятно покалывало от прикосновения к нежной упругой коже. Может, я не буду воспринимать наши с ней брачные обеты как мерзкое, но необходимое зло. Да и процесс создания наследников не будет вгонять в уныние. Она могла бы жить вполне сносно, если смирится со своей судьбой и не станет мешаться под ногами ни мне, ни Хелии.